Книга Лунный свет среди деревьев 1, страница 39 – Екатерина Боброва

— Не для победы, – понуро повесил он голову.

Тут я вынуждена была согласиться.

— Поиграй для меня, – внезапно попросил он.

Поиграть? Арфу я не брала в руки после окончания музыкальной школы, но когда делала ремонт в квартире, дизайнер предложила установить рояль возле панорамного окна. Неожиданно для себя, я согласилась. Так что последние годы моей жизни вечера были наполнены музыкой – приятный способ отогнать одиночество. Но цинь?!

— Я попробую, – решилась, ощущая в пальцах нетерпеливую дрожь.

Мы с дядей поменялись местами. Осторожно, приноравливаясь, я провела пальцами по струнам. Их было всего семь, в арфе – сорок семь. Казалось бы, мало похоже… но руки прежней меня помнили, как играть на цине.

Я прикрыла глаза, позволяя себе сыграть что-то простое, традиционное, а потом… Свое любимое. На импровизации. Бетховен «К Элизе». Мелодия удивительно легко легла на струны.

Сначала я сбивалась, пытаясь поймать ритм. Но постепенно разошлась… Играла, пропуская через себя переживания и разочарования прошлых дней, с музыкой прощая себя и других.

Когда последняя нота растаяла в воздухе, в беседке воцарилась потрясенная тишина.

Я открыла глаза и встретилась с остекленевшим взглядом дяди. Вэйшэнь моргнул, очнувшись, затем провел рукавом по щеке. Выдохнул.

— Что это? – спросил шепотом.

— Мечты о лучшей жизни, – проговорила, пожав плечами. Вспомнился птиц со своей звездой… и мое желание.

Я потерла занывшие пальцы, покрутила уставшее запястье. Ощущалось отсутствие тренировок. Вообще всех, а не только музыкальных. И если я планирую выживать в этом мире, надо возобновить разминки и тренировки. Я многое помнила из тхэквондо, бросив его уже после окончания института.

— Потрясающе, – дядя посмотрел на меня с восхищением. – Не думал, что твоя игра на цине настолько хороша.

А потом влюбленность во взгляде сменилась расчетом.

— Ты же не откажешь дяде в маленькой услуге? – вкрадчиво спросил он. Наклонился над столиком. Сложил ладони в умоляющем жесте. – Один раз. Сыграть. Свою одежду я тебе дам, маску достану. Никто ничего не узнает.

Я задумалась. Допустим, его одежда мне немного великовата – но мы почти одного роста, можно подвернуть. Да и в плечах он не слишком широк. Маска… это, конечно, удобно.

— Голос, – напомнила я.

— Достану средство, – пообещал дядя. Значит, похрипим.

С остальным… Отца дома нет. Служанка меня прикроет. Почему бы и нет?

— И сколько выигрыш? – поинтересовалась я небрежно, чем заработала недоуменный взгляд.

— Двести лян серебра.

Неплохо тут платят за музыку. Я отложила цинь в сторону, плеснула себе из чайника. Выпила залпом.

Задохнулась.

Однако! Крепковат чай у дяди…

— Сто мне, если выиграю, – просипела, ощущая, как горит обожженное алкоголем горло.

За пять лян в месяц можно найти себе отличного учителя.

Лицо у Вэйшэня сменилось с испуганного – напоить племянницу! – на оскорбленное. Ну да… меркантильные кю они такие. Но любая работа требует оплаты.

Однако торговаться он даже не подумал, видимо поставив гораздо больше десяти золотых. Честь она же… Бесценная.

— Договорились, – процедил, начиная приглядываться ко мне с подозрением.

— Это не все, – остановила его, и лицо дяди приняло мученическое выражение. – Вы научите меня пяти заклинаниям. Три защитных, два атакующих.