Книга Любовь хищников, страница 78 – Эльвира Осетина

Выбравшись из постели, я нашла пульт с переключателем света и включив его зашипела от резкой боли в глазах.

Кое-как проморгавшись, и вытерев слезы от яркого света, нашла свою одежду, валяющуюся кучкой на полу, оделась, и быстро умывшись в ванной, пошла искать Женю и заодно что-нибудь перекусить.

В квартире стояла гулкая тишина, а в коридоре горел тусклый свет. Стало немного не по себе, особенно, когда по пути начали встречаться небольшие скульптуры древних Египетских богов, внутри ниш стен. Ей богу, лучше бы просто картины повесили, не смотрелось бы все это так зловеще. А то ощущение, будто кто-то в углу притаился и сейчас на тебя нападет.

Пока шла, услышала звуки, доносящиеся снизу. Остановилась и прислушалась. Громкость голосов увеличилась примерно в четыре раза в мгновение ока.

Первый голос я сразу узнала, это был Женя. Второй голос был женский, но более приглушенный, судя по тембру. Из беседы стало ясно, что это мать Темникова, и он говорит с ней по телефону.

— Да, мама, — устало выдохнул мужчина, послышалось шуршание, и скрип, похоже на то, что он отодвинул стул и сел на него.

— Вы приехали? Где она?

— У меня. Спит. Ей плохо стало в самолете.

— Отвези ее завтра к Петру, я его предупредила. И пусть ей Марина побольше мясных блюд готовит.

— Конечно, дядя уже мне звонил. И Марину я предупредил.

— И сынок, не затягивай с регистрацией.

— Что ты мам, хочу все устроить до приезда отца. Мне пообещали, что на этой недели нас распишут.

— Да, поторопись. Иначе потом он не даст вам пожениться. Я нечаянно подслушала, что он пообещал её Ольису, так как тот старше.

— Ольис обломается! — неожиданно зло рыкнул в трубку Женя, что я даже вздрогнула.

— Поэтому поторопись! — с нажимом сказала его мать. — И я за тебя очень рада, мальчик мой. Надеюсь, что ты нас скоро познакомишь.

— Сейчас пока рано, ты же понимаешь.

— Да-да… пусть адаптируется. Помню, как мне было тяжело. Ей сейчас нужна твоя поддержка. Ну все, не буду вам мешать, целую тебя и желаю удачи. Будь терпелив, и не наделай ошибок, как твой брат.

— Если меня никто не будет дергать, то всё будет хорошо, — с сарказмом ответил мужчина.

— Я поняла твой намек, лезть не буду. Но твой брат уже давно счастлив, и все разногласия с Ивией уладил. Все же десять лет прошло, и она смирилась и забыла все обиды. Он и так с нее пылинки сдувает. И еще сынок, не задерживай потом со своими собственными детьми, так будет лучше.

— Мама, я сам разберусь, как будет лучше, — в голосе однокурсника послышались металлические нотки.

— Хорошо, хорошо! Не злись. Всё, чмоки-чмоки! Пока сыночка!

Я стояла в коридоре как оглушенная. Этот разговор… Он был очень странным. Но кого он касался? Мне изначально показалось, что Женя говорил со своей матерью обо мне, но потом разговор ушел в другую сторону. Он собрался жениться? Или под словом «регистрация» его мать подразумевала какой-то другой смысл? И кто такой Ольис, и кого ему обещал отец Жени? Меня что ли? Это они обо мне так говорили?

А может я все не так поняла? Может они говорили совсем о других людях? Хотя косвенно все указывало на меня? Но, ведь имени вслух произнесено не было…

Мда… а может у меня вообще галлюцинации начались? Я помотала головой из стороны в сторону, словно мокрый пес, и чуть не упала.