Книга Любовь хищников, страница 152 – Эльвира Осетина

— И, что делать будем? — спросила я, наощупь обхватывая горячее тело мужчины, пытаясь и самой согреться и его согреть.

— Будем выбираться, — зло рыкнул Гром, подходя со спины, и обнимая меня. — И все же тебе придется обращаться, Вер… иначе ты просто не выживешь здесь.

— А как же котята? — спросила я.

— У нас будут еще, малышка, — тихо сказал мне на ухо Гром, а затем, я почувствовала, как меня давануло такой резкой силой, что все кости разом хрустнули, и я сначала закричала, а затем уже зарычала, оказавшись на четвереньках, и наконец-то открыв глаза, и увидев двух голых мужчин, стоящих на белом снегу.

«Какого черта!» — попыталась сказать я, правда изо рта раздалось лишь грозное рычание.

Но вместо того, чтобы ответить, близнецы тут же обернулись, превратившись в двух огромных белых тигров, выше меня в холке сантиметров на пятнадцать, примерно.

«Так надо, не злись котенок, — ответил мне Гром, уже мысленно. — Твое здоровье для нас важнее, а в человеческом обличье, тебе здесь не выжить».

Я сначала хотела возразить, но затем прислушавшись к себе, и не ощутив никакой боли, а оглядевшись по сторонам, поняла, что возможно поступила бы так же, если бы это касалось здоровья обоих мужчин. Ведь вокруг на несколько километров от горизонта до горизонта простиралась действительно снежная пустыня. И в человеческом обличье мне здесь точно не выжить. И стоило мне «надеть» свою шкурку, как тут же стало в добрую сотню раз теплее.

Мысленно выдохнув, я решила — бог с ним с этим обращением и самоуправством Грома, главное, что мы все вместе, и живы, а остальное… я надеюсь, что всё будет хорошо.

За следующие несколько дней, я поняла, почему так смачно матерились мужчины, ведь даже в наших толстых теплых шкурах и то было холодно, особенно, когда начался буран.

Мы сначала пытались идти сквозь него, но затем, Гром с Мороком, плюнули, и решили пережидать бурю под снегом. Быстро вырыв нору, мы все втроем залезли в неё, и сложившись в «кучу-молу», как я уже за эти дни привыкла называть наши «ночевки», и потеснее прижавшись друг другу, притихли, стараясь не тратить кислород.

«Да, — мысленно усмехнулась я, уже засыпая, — неприветливо меня встретил новый мир». Местную звезду, под названием Аиша, на хмуром небе, я так и ни разу не увидела. Только лишь бесконечную ледяную пустыню от горизонта до горизонта. Хорошо, что хоть близнецы знали куда идти, они как-то умели ориентироваться в пространстве.

«Все будет хорошо, не переживай котенок, осталось всего три дня пути, если будем идти с той же скоростью», — ответил Морок, подслушав мои грустные эмоции, и лизнул в нос.

С каждым днем, я все сильнее и сильнее сближалась с мужчинами. И если по началу, я могла слышать только направленные мысли братьев на меня, то уже вчера, мы все трое могли ощущать даже отголоски наших эмоций.

Близнецы сказали, что раньше они могли чувствовать, только друг друга, а теперь появилась я… и стала третьей.

Не знаю, плохо это для них было или хорошо, мужчины пока сами не поняли. Ну или не знали, как это объяснить, потому что в их эмоциях я ощущала очень сильное смятение и непонимание.

Я не стала на них обижаться за подобные мысли. Видимо за это время стала немного по-другому к ним относиться. Да и все то, что произошло со мной, это очень сильно изменило мое отношение к жизни. Я стала более сдержаннее, и уже менее обидчивой. Это раньше я по каждому поводу дула губы, а сейчас… сейчас мне уже этого не хотелось. Мне хотелось просто быть рядом с мужчинами и желательно родить нормальных здоровых малышей. И я уже даже не была так категорически против похода в храм. Мне кажется, что даже если я и не их пара, то близнецы все равно не бросят меня сразу же там — в храме… Я видела, что они очень нежно и ответственно ко мне относятся. А любовь… что ж, как там в поговорке говорится — «насильно мил не будешь»? И если я не их пара, то значит буду ждать свою судьбу. Правда при этих мыслях мне становилось невыносимо больно, а сердце словно в тисках сжимал, какой-то бездушный маньяк.