Книга Любовь хищников, страница 111 – Эльвира Осетина

— Хорошо, — кивнула девушка, и чуть надавила на газ, увеличивая скорость.

Плотоядные деревья росли на берегу небольшого озера, которое было больше похоже на болото. И да, вид действительно имели отвратный, потому что были покрыты кровью вперемешку с белой слизью по которой кишела мошкара, и личинки различных насекомых. Создалось ощущение, что обычное дерево гниет, как мертвое животное. А на земле, вокруг деревьев валялись, так называемые плоды.

Я не стала приближаться к деревьям, потому что меня и так уже начали закусывать разные насекомые, а вот Молайя, вытащив из-за пазухи платок, обвязала им свою голову и часть лица, приблизилась к деревьям и взяла с земли самый ближайший плод. Весил он прилично, и по размеру был больше арбуза. Крысолюдка кое-как его дотащила, попросив меня отойти со всего размаху бросила его на землю. Плод не разбился. Оказалось, что его верхняя кожура, такая же твердая, как у грецкого ореха.

— Он еще не созрел, надо пилить, чтобы достать мякоть, — пояснила мне крысолюдка.

— А есть это уже можно? — с удивлением спросила я, зажимая нос, так как вонь вокруг была невыносимая. И присев рядом с плодом на корточки, аккуратно потрогала его кончиком пальца.

Кожура действительно была очень твердой, и такой липкой гадости на ней, как на коре дерева, не было, разве что, только грязь с земли.

— Сейчас уже можно, так как цвет кожуры желтый, когда зеленая, это считается не спелые плоды, если красная, то чуть-чуть переспелый, а черный — это уже есть нельзя, — ответила Молайя.

Деревьев было очень много, они окружали все озеро, мы с Молайей объехали его по большой дуге, потому что от запаха меня начало очень сильно тошнить, и выехали к огромному пшеничному полю, которое делилось на три части. Одна часть уже колосилась и я, подойдя ближе сорвала колосок и увидела большие зёрна, на второй части пшеница только-только всходила, а на третьей вообще ничего не росло. Видимо схема тут действовала та же, что и с остальными фруктами и овощами.

Вдали за пшеничным полем я заметила несколько построек.

— А там что? — спросила я девушку, указывая рукой вдаль.

— Там находятся уборочные машины, амбары для хранения зерна, и хлебопекарня, — ответила мне она.

Я присвистнула от удивления. А крысолюды молодцы, на широкую ногу тут хозяйство поставили. И вообще живут неплохо…

— Всё это тоже на солнечной энергии работает?

— Да, — кивнула девушка, и добавила: — За этими постройками ваша территория заканчивается.

— Оттуда можно выйти в лес?

— Да, — коротко ответила крысолюдка.

Мне ужасно хотелось доехать до туда, но видя насколько маленькими были домики, я поняла, что придется угробить не меньше часа, чтобы до них добраться. А мне уже есть очень сильно хотелось, ведь судя по солнцу, время было далеко за полдень.

«Ладно, завтра съезжу, посмотрю», — мысленно махнула я рукой на эту затею. И попросила Молайю вернуть меня в дом.

Назад мы ехали с ветерком, но все равно ушло больше часа на возвращение, и когда мы доехали до крыльца веранды, солнце уже скрылось из вида, и все вокруг стало бесцветным.

— Молайя, — заинтересовалась я этим интересным явлением в междумирье. — А как тут дело обстоит вообще с днём? Сколько по времени он длится? И сколько часов длится ночь? И вообще, междумирье — это планета такая, как Земля?