Книга Наташа, мы всё уронили!, страница 23 – Эльвира Осетина

И когда я думала, что еще немного и просто взлечу от оргазма, рыжий резко остановился.

Я открыла глаза и подняв голову, с недовольством посмотрела на мужчину.

Его зрачки расширились и почти закрывали всю радужку, он облизнулся, порочно проведя языком по своим пухлым губам, слизывая мой собственный сок с них, и я подумала, что еще немного и просто от одного его вида кончу. Это законно вообще быть настолько сексуальным? Надо срочно вызвать полицию. Пусть его арестуют…

Я уже хотела потребовать продолжения, как он открыл свои губы и хриплы голосом, от которого у меня внутри все завибрировало, спросил:

— Ты готова отдавать мне излишки своей энергии?

Вопрос показался мне очень странным, и почти сбил с настроя.

— Что за чушь? – хмыкнула я, и скромно, как мне показалось, спросила: – Может ты лучше продолжишь?

— Нет, – покачал он головой. – Сначала ответь: «Ты готова отдавать мне излишки своей энергии всю мою жизнь»?

В голове прозвучал тревожный звоночек. Но возбуждение было настолько сильным, что я решила от него отмахнуться. Нафига? Это же просто сон. Экзотический рыжеволосый красавчик с глянцевой обложки журнала в моей постели не может взять и появиться в моей однюшке, между моих ног, и делать мне куннилингус. Поэтому я мысленно приказала заткнуться «звоночку», и растянув губы в улыбке, ответила:

— Малыш, давай ты скажешь мне, то, что я должна сказать, и продолжишь, то, что только что делал, хорошо?

Парень в ответ усмехнулся, и кивнул:

— Ты должна ответить мне: «Да, я готова отдавать тебе всю мою жизнь все излишки своей энергии».

— Какие странные у меня выверты сознания, – пробормотала я, но оргазм получить от этих чувственных губ хотелось больше, хотя бы во сне, поэтому кивнув, ответила: – Да, я готова отдавать тебе всю мою жизнь все излишки своей энергии.

Взгляд у кота увеличился вдвое, как будто он не ожидал от меня этих слов, или ожидал, но не тех…

Но я не успела сообразить, что это значило, потому что мои предплечья вспыхнули такой сильной болью, что я заорала и задергалась, и если бы рыжий не фиксировал меня, то точно вскочила бы на ноги, и кинулась в ванную, чтобы охладить ожоги холодной водой.

Когда боль стихла, то я поняла, что мои руки свободны, и подняв их, ожидала, что там до мяса всё сгорело, но с удивлением поняла, что на предплечьях появилась золотистая татуировка в виде изящного браслета с завитушками и неопознанными символами. Я перевела взгляд на рыжего и увидела, что он тоже рассматривает свои руки и на его предплечьях так же, как и у меня появились браслеты, только черные и массивные.

— Какой-то странный у меня сон, с элементами садизма, – сказала я вслух, чем привлекла внимание рыжего.

Он посмотрел на меня потрясенно своими кошачьими глазами.

— Ты сказала, что будешь всю свою жизнь отдавать мне все излишки своей энергии, зачем ты это сделала?

— Ты же сам сказал мне так сказать, – ответила я, чувствуя себя немного неуютно.

После болевого шока всё возбуждение пропало, и захотелось прикрыться, и вообще что-то я уже передумала, не нравится мне такой сон.

— Я думал ты скажешь про мою жизнь, а не про свою, – ответил он.

— Надо было уточнять, – вздохнула я, и попыталась сбросить рыжего со своих ног, но попробуй-как такую тушу скинь, весит он наверняка килограмм восемьдесят, не меньше, судя по его комплекции и росту.