Книга Наташа, мы всё уронили!, страница 15 – Эльвира Осетина

Сон, конечно, интересный и необычный, но работу утром, никто не отменял.

Будильник на телефоне разбудил меня, как и всегда – в семь утра. Я специально свой телефон убирала подальше, чтобы он орал на всю квартиру и заставлял меня, как минимум встать и пройти пару шагов, чтобы его выключить. Потому что есть у меня такая особенность – могу выключить телефон и уснуть дальше. К сожалению, я сова, и утренний подъем для меня – целая катастрофа. Только из-за этого ненавижу ходить на свою работу, и мечтаю найти, что-нибудь с графиком в ночное время. Ага, только с моим образованием – менеджера-экономиста, я очень сильно сомневаюсь, что когда-нибудь смогу это сделать.

С закрытыми глазами, я сползла на пол, и на четвереньках наощупь поползла к источнику шума. Правда по пути, почему-то врезалась во что-то мягкое. Не сразу поняла, что это не ковер, и поползла дальше, а в ответ получила лапой по морде и недовольное мявк.

Открыла глаза и увидела Рыжика, стоящего у меня на пути. Точнее лежащего. Кот спал на полу, а я в него врезалась, и чуть по нему не проползла.

— Прости, Рыжик, – громко зевая, пробормотала я. – Но я должна выключить это, – я подняла руку, указав на свой телефон.

Тот лежал на телевизоре и продолжал орать тяжелым роком на всю квартиру. Только это могло разбудить меня. Я много рингтонов перепробовала, даже Моргенштерна и Даню Милохина. Но эти ребята, не настолько затронули мою тонкую душу, чтобы аж подняться и пойти вырубить телефон. А вот тяжелый рок – в самый раз подошел.

Рыжик, прижав уши, проследил за моей рукой, а затем встал на лапы, подошел к телевизору, поднялся, оперевшись лапами в экран, и достав зубами мой телефон, вернул его мне. При этом так недовольно жмурясь, и прижимая свои уши к голове, что похоже, тяжелый рок, и ему тоже смог запасть в душу.

Выключив телефон, я села на пол и опять смачно зевнула, чуть не вывернув челюсть, но вовремя себя остановила. А то был у меня как-то случай… хм… не буду вспоминать.

Рыжик тоже зевнул, а затем встав, медленно поплелся в коридор. Я тоже поднялась, и также медленно пошла за котом, а затем вспомнив ночной сон, посмотрела на кресло, в котором спал Черный, свернувшись калачиком.

Кот накрыл голову своим пушистым хвостом. Видимо его тяжелый рок не пронял.

Хмыкнув, и подивившись своему странном сну, я пошла умываться, и услышала звук сливного бочка.

Дошла до коридора и заметила Рыжика, который выходил из ванной.

— Чудо, а не кот, – сказала я, и погладила его по голове.

Рыжик тут же начал ластиться и тереться об мои ноги. Я зарылась в его мягкую шерсть и наклонившись поцеловала кота в макушку. Ох, какой он ласковый и нежный. Кот извернулся и лизнул меня шершавым языком прямо в губы.

— Ах ты наглая морда! Решил украсть поцелуй, – весело спросила я у кота, и погрозила ему пальцем. – Не шали.

На что кот, чихнул, и продолжил тереться об мои ноги, и даже уже на задние лапы начал вставать и почти заваливать меня. Вес-то у него совсем не маленький.

Мне надо было собираться, поэтому долго гладить котейку и нежится с ним было некогда, и пришлось сбегать от него в ванную.

Почистив зубы, и приведя себя в порядок, я вышла из спальни, и заметила угрюмого Черного возле двери. А стоило мне отойти от неё, как он тут же шмыгнул внутрь.