Книга Нам писец, Юля!, страница 67 – Эльвира Осетина

Ну что за глупая девушка? Да и я тоже хороша, могла бы и сама это понять.

— Спасибо, сестра, за честное мнение, — ответила я.

Перевела взгляд на Лаусиана и, лукаво улыбнувшись, сказала:

— Ночевала я сегодня у Харска, день провела у Химо, значит, теперь твоя очередь, Лаусиан.

Ух, это надо было видеть, как победно засиял его взгляд, даже плечи слегка расправились.

Харск же недовольно рыкнул, а Химо скривился.

Но мы уже поднимались с наших мест, и я, поняв, что дракон сейчас может наломать дров, учитывая его нрав, попросила его:

— Харск, пожалуйста, — я даже руку его взяла в свою и в глаза заглянула снизу вверх, так как выше он меня был больше чем на голову, — проследи за моей сестрой, верю, что ты её не оставишь. — Леденящий душу взгляд метнулся в сторону Миаланты. — Прошу, она очень дорога мне, — добавила я с нажимом. — Теперь она моя семья.

— Только ради тебя, — словно кроша ледяную крошку, ответил через силу дракон и, подойдя к напуганной девушке, предложил ей свой локоть.

Миаланте ничего не оставалось, как положить свою ладонь на локоть, а Химо встал с другой её стороны и тоже подал свой локоть, при этом одаривая меня таким взглядом, что мне стало слегка не по себе.

Словно у нас с ним была уже ранее какая-то договоренность и сейчас я рушила наши планы.

Только сам же виноват! Нефиг поить меня своими ядами! Пусть пожинает плоды своего труда.

Поэтому я вскинула свой взгляд, показывая, что не собираюсь его бояться, а затем посмотрела на Лаусиана, который всё это время наблюдал за нашим молчаливым противостоянием с Химо.

— Так, надо идти, нас все ждут, — нервно пробормотала я и шагнула чуть вперед, пытаясь сдвинуть с места махину под названием Лаусиан.

Угу, так он и побежал.

Вместо этого мой муж сверкнул своими красными глазищами и, наклонившись ко мне, сказал:

— Детка, ты кое-что забыла.

— Что? — с недоумением посмотрела я на повелителя огненных фейри.

А он резко обхватил своими широкими ладонями меня за талию, с легкостью, словно я вообще ничего не весила, приподнял над полом и одарил таким болезненным поцелуем, что у меня даже слезы на глаза брызнули. И когда я уже готова была начать вырваться, его поцелуй из болезненного превратился в более нежный и глубокий, и теперь я ощутила совсем другое. Внезапное возбуждение. Да такое сильное, что у меня голова закружилась и в ушах засвистело.

А затем всё разом закончилось.

Он поставил меня на пол, провел пальцем по опухшим губам, и я заметила на них кровь.

— Какая ты нежная, — сказал он, сунув испачканный палец себе в рот, и, закатив глаза, простонал: — И вкус-с-с-сная…

Я же облизала языком губу и, поняла, что кровь всё еще идет. Но при этом я желаю этого психа до безумия и прямо сейчас.

Очень сильно хотелось одарить демона крепким словом, но, посмотрев в его глаза, поняла, что не стоит его еще сильнее злить. А то ощущение сложилось такое, что свою смерть я могу приблизить намного раньше.

И кто знает? Вдруг я умру по-настоящему?

Поэтому, с шумом выдохнув, постаралась сделать свой тон нейтральным:

— Если на этом всё, то мы можем идти?

Глаза демона резко засияли, и мне пришлось свои отводить в сторону, чтобы не словить светлячков, и невольно встретиться со взглядом своей сестры. В котором я увидела шок, смешавшийся со злостью и жалостью.