Книга Котики для Снежной Королевы, страница 57 – Эльвира Осетина

А сама схватилась за сердце, потому что почувствовала отголосок той самой боли.

— Лера, что? — Теурус тут же потянулся ко мне, но я покачала головой и даже выставила руку вперед.

— Нет-нет, я хочу услышать, что было дальше.

Теурус вернулся обратно, и продолжил:

— Ты пересматривала этот кристалл несколько раз, а затем спросила — чего мы хотим за эту информацию. И тогда мы решились и попросились стать твоими личными стражами. Был один ритуал, который связывал нас навечно. Мы рассказали тебе, что ты наша истинная. Но ты была холодна и сказала, что ничего не чувствуешь. Тогда мы попросили, чтобы ты провела тот ритуал. Мы надеялись, что со временем, если мы будем близко к тебе, то ты нас полюбишь. И ты согласилась. А после, как и задумывалось, в эту же ночь, Кай на специальной подставке вынес твои регалии, и принес их нам, как мы и договаривались. Ты все же хотела убедиться, доведет ли он до конца своё злодеяние. А мы пошли в твою комнату, чтобы якобы тебя убить, а сами просто вернули корону и скипетр.

После ты вышла из покоев к растерянному Каю, который тут же начал притворяться, и делать вид, что не понимает, что же произошло. Но ты показала ему запись с кристаллов, плюс еще и новую, где он отдает нам твои регалии и отправляет убить тебя. А после устроила допрос. Оказалось, что Кай хотел твоего бессмертия. И он знал, как легко его добиться. Достаточно убить тебя, а затем надеть регалии Мороза. Так как им нужно будет кого-то назначить отвечающим за стихию. Он, как потомок богов, имея частичку божественной силы, мог подойти. После того, как Кай всё рассказал, ты его и прокляла. Сделала бессмертным в назидание. И заставила собирать слово из льдинок «Вечность».

— Так вот почему слово «Вечность», — покачала я головой, и посмотрела на своего верного стража, который когда-то вместе с братьями уберег меня от смерти. — Теурус, — позвала я, и мой голос дрогнул. — Иди сюда.

Он поднялся одним плавным движением. И оказался рядом, да так близко, что я снова ощутила его запах — сильный и ванильный? Кажется он пах ванилью…

— Я не умею быть нежным, — предупредил он, вглядываясь в мои глаза. — Я слишком долго ждал. Слишком долго сдерживался.

— Я не хочу нежности, — ответила я, сама удивляясь собственным словам. — Я хочу тебя. Настоящего.

Это было всё, что ему требовалось.

Он накрыл мой рот поцелуем — глубоким, требовательным, почти грубым. Его руки сжались на моей талии, притягивая к себе, и я почувствовала всем телом, насколько он силен. Не так, как Мерис — мягко и обволакивающе. Не так, как Аргус — игриво и дерзко. Теурус целовал так, будто ставил клеймо. Будто говорил: «Ты моя. Была и будешь».

Я отвечала с той же страстью, запуская пальцы в его волосы, прижимаясь к нему так тесно, что, между нами, не оставалось воздуха. Мой халат давно сполз с плеч, и когда его ладони коснулись моей обнаженной кожи, я вздрогнула от контраста — его пальцы были горячими, обжигающе горячими на моем ледяном теле.

— Лера, — выдохнул он мне в шею, покрывая поцелуями ключицу, плечо, спускаясь ниже. — Моя Лера…

Я запрокинула голову, отдаваясь этим ощущениям. Его губы находили самые чувствительные места, и я таяла, как снег под весенним солнцем. И когда его рот накрыл мою грудь, я вскрикнула, выгибаясь дугой.