Книга Котики для Снежной Королевы, страница 31 – Эльвира Осетина

— А что случилось потом? Как я оказалась среди людей?

— Время, моя повелительница. Может быть, стоит всё же сделать то, зачем мы пришли? — опять вмешался Аргус, заставив меня поморщиться.

Как говориться, на самом интересном месте прервал.

И я почему-то послушалась его и пошла в кабинет, который умудрилась сразу определить по очередным массивным ледяным дверям.

Я толкнула тяжелые двери, и они разошлись без единого звука, словно не были из льда и камня, а из податливого тумана.

Личный кабинет Мороза встретил меня тишиной, давящей и величественной одновременно. Это было огромное пространство, но не холодное — скорее сосредоточенное, как глубокая пауза перед решающим словом. Потолок терялся где-то высоко в полумраке, и казалось, будто он вовсе не имеет границ. Из него медленно стекал мягкий голубоватый свет, словно северное сияние было заперто здесь навсегда.

Пол — гладкий, идеально ровный лед, но под прозрачной толщей угадывались замершие узоры: древние символы, сплетённые в сложные круги и линии. Они были не вырезаны, а будто выросли из самой стихии. При каждом моем шаге они едва заметно вспыхивали, реагируя на присутствие хозяйки.

Удивительно, и это всё создала я?

И тут я вспомнила, что в детстве рисовала нечто подобное на бумаге, когда бабушка давала мне карандаши. Криво-косо, но что-то такое делала.

Она сохранила мои рисунки, а потом хвасталась подругам, какая у меня интересная фантазия, я еще тогда сильно смущалась, потому что они казались мне просто линиями и кругами.

А теперь все это казалось невероятно красивым. Неужели тогда в детстве я еще что-то помнила?

Вдоль стен тянулись стеллажи. А на них стояли не книги — по крайней мере, не в привычном человеческом смысле. Там хранились свитки из инея, пластины льда с застывшими внутри образами, сферы, в которых медленно вращались фрагменты бурь, метелей и штормов. Я вдруг поняла, что это не архивы, а воспоминания самого Мороза.

* * *

— Невероятно, — услышала я голос Мериса, и кинув на него взгляд увидела, как он встал напротив одной из книг и смотрит на неё очень жадно, и даже руку протянул, чтобы дотронуться, но его вдруг одернул Аргус, сказав с насмешкой:

— Не советую брат, конечно, если не хочешь лишиться лапы.

А Мерис, словно опомнившись, перевел свой взгляд на меня, быстро подошел и взял меня за руку, и нежно начал целовать костяшки моих пальцев, при этом приговаривая:

— Моя повелительница, моя королева, ты великолепна…

Это показалось мне странным. Ведь до этого Мерис, как будто постоянно был сфокусирован на мне, и его не интересовал внешний мир.

Хотя что я о нем знаю? Мы ведь общаемся всего полдня. Не больше.

И да, от этих поцелуев, я опять «поплыла». Странное состояние. Мне совершенно не нравилось.

В жизни я привыкла жить с трезвой головой, чтобы всё вокруг контролировать, а от всех этих поцелуев и восхищенных взглядов Мериса, я словно находилась под каким-то воздействием.

К сожалению, забрать руку не получилось, просто не хватило сил сопротивляться этому напору любви и ласки, поэтому я попыталась сфокусироваться на чем-то другом и начала цепляться взглядом за предметы, находящиеся рядом.

В центре кабинета стоял массивный стол. Его поверхность напоминала замёрзшее озеро: идеально прозрачная, но под ней — глубина, темная и бесконечная. Внутри медленно проплывали тени континентов, океанов, ледников. Я поняла, что это была модель Земли, но не географическая — энергетическая. Живая.