Книга Миллион евро за мою душу…, страница 85 – Эльвира Осетина

«Моя госпожа», — кажется, что эти слова имели для него особое значение, о котором я старалась не думать.

Спасла его жизнь все же не я, а ОНА, и это «моя госпожа» больше предназначалось той, что живет внутри меня, а не мне. Поэтому особо не обольщалась на этот счет.

Вот так мы и жили в доме Антона.

Три молчаливых тени.

Он был немногословен, я тоже попусту болтать никогда не любила, а Лешка… он вообще очень редко говорил. Да-да, мой брат знал много слов, и в далеком детстве даже мог произносить целые вполне осмысленные предложения, но чем старше становился, тем сильнее замыкался в себе, особенно после всех перенесенных стрессов. Сейчас я была рада, что он хотя бы любимым делом не перестал заниматься, да и Антон ему в этом помог, съездил и привез огромную кучу камней, насобирал где-то на берегу реки. И Лешка весь день возился на улице составляя очередную картину. Благо дни выдались на удивление солнечные и сухие.

Казалось, что даже погода благоволит нам.

То чувство, будто мир замер вокруг, и ты находишься в каком-то вакууме.

Зато есть время подумать о том, что делать дальше.

Но думать, к сожалению, не получалось. Потому что, нет-нет, да мои мысли возвращались к пришельцам. И я вспоминала о Криде и Оранте, все чаще и чаще, размышляя о их поведении, и каждый раз споря с самой собой.

В принципе они не сделали мне ничего плохого. А то, что пугали, или рылись в моей бедовой головушке… так и их можно понять, они искали преступника, и вот получается нашли, и были почти правы. Откуда они могли знать о Мирте? Даже я ничего не помнила.

Одно я могла признать — эти двое мне нравились. Очень сильно нравились. Как бы противоестественно это не звучало, но поделать со своими чувствами я ничего не могла.

О матери я старалась не вспоминать. Эту женщину я теперь уже точно вычеркнула из своей жизни. Наверное, даже хорошо, что я узнала о её судьбе. Потому что все равно, где-то в душе продолжала по ней тосковать, считая, что она нас не бросала, а с ней приключилось что-то ужасное.

Пару дней назад ко мне подошел Антон, и предложил поселиться в его доме навсегда. А еще он сказал, что владыка перевел на мой счет круглую сумму денег, и та самая карта, которая у меня осталась, теперь в моем полном распоряжении, и я могу ей пользоваться безо всяких ограничений. А еще владыка Герион передал на словах, что если мне что-то или моему брату что-то понадобится, то я всегда могу попросить.

Антон же готов был служить мне вечность.

Ага, он так и сказал, приклонив передо мной одно колено, и заявив, что я его госпожа теперь навеки, и он будет выполнять любимые мои приказы.

Но я-то прекрасно понимаю, что он собрался выполнять не мои, а ЕЁ приказы.

Оставалось лишь хмуро попросить его больше дурью не маяться, и коленки не протирать. Антон больше и не протирал, и старался сильно не отсвечивать. Иногда я ловила на себе его взгляд, такое ощущение, что он считал меня божеством, ради которого готов был умереть.

Только меня этот его взгляд, вгонял в уныние, ведь божеством была не я, а та, что находилась внутри меня.

Антон помолодел еще сильнее. И когда я его спросила, таким ли он был изначально, то мужчина ответил, что выглядел на тридцать лет, когда попал к пришельцам, а сейчас он ощущает себя так, словно ему двадцать два или двадцать три. Он полон сил и энергии. И даже более… он продемонстрировал мне, то, от чего у меня рот приоткрылся. Антон приподнял немного машину, а затем её медленно отпустил. То есть силы у него прибавились в разы…