Книга Миллион евро за мою душу…, страница 37 – Эльвира Осетина

В тишине я доедаю последний кусочек, и запиваю все это водой из заботливо поднесенного к моим губам бокалу.

После этого, я решаюсь на очень отважный шаг.

Поднимаю голову и смотрю в ярко-горящие красным светом глаза пришельца.

— Мне хотелось бы прочесть свой контракт. Гойя сказал, что вы унесли его в свой кабинет.

— Отличная идея, — почему-то очень хриплым голосом произносит мужчина, и повернув голову, отдает приказ пришельцу: — Принеси документ в комнату к госпоже.

Какое же неописуемое счастье я чувствую, когда он дает мне встать на ноги и уйти самостоятельно к себе в комнату.

Контракт.

Читаю и с каждым пунктом понимаю — это ЖОПА.

Во-первых, я преступница. То есть приступила закон. В контракте это прописано чуть ли не первым пунктом.

У меня нет никаких прав, одни обязанности. Я должна безукоризненно слушаться своих работодателей, исполнять абсолютно любые их требования, не задавая при этом никаких вопросов. И проявлять уважение.

Если я ослушаюсь своих «работодателей», то это будет считаться провокацией, и «работодатели» будут иметь право наказать меня на своё усмотрение.

А сами же «работодатели» мне должны только одно — обеспечить комфортное, с их точки зрения, проживание.

И еще кое-что. Самое интересное.

Они могут выпить меня полностью, в любой момент, если посчитают, что для них это важно.

То есть, как мы, можем доить корову, а когда понимаем, что нам нечего есть, ну или надо куда-то уезжать срочно, а за животным будет не кому ухаживать, мы её просто убиваем. Вот так и тут.

Причем моя смерть — это нечто вроде форс-мажорного обстоятельства. И право у пришельцев на это есть.

Конечно, прямых формулировок в контракте я не нашла. Все очень обтекаемо. Но контекст, даже такой тупой курице, как мне, понятен.

И да, если я решу разорвать этот контракт раньше срока, то пришельцы будут «вынуждены», ага в больших кавычках, исполнить свой приговор. То есть — лишить меня души.

Ах, еще самое веселое, как обычно прописано мелким шрифтом в самом конце. Если по окончанию контракта, мои работодатели не пожелают его расторгать, то он продлится автоматически.

Причем меня спрашивать никто не будет. Хочу я его продлять, или нет?

Единственный вариант, безболезненно для меня разорвать этот контракт — доказать свою невиновность. Что само собой невозможно.

Какое-то время сижу, уставившись перед собой и не знаю, как мне быть. Если исходить из этого контракта, то условия мне предоставили, просто райские. Хотя могли бы действительно посадить на цепь в каком-нибудь подвале. Ну а что, сухо, тепло, еда, вода есть. Чем не комфорт?

Поежилась от такой перспективы. Уж лучше совсем умереть, чем жить так.

В любом случае, если они решат меня переселить в подвал, то контракт я разорву. Потому что из подвала помочь своему брату уже точно никак не смогу. Да и не уверена я, что смогу пять лет прожить в таких условиях и не тронуться умом. Я думаю, мне и парочки дней хватит. К тому же за брата я плачу ежемесячно. И стоит мне не заплатить в этом месяце за следующий, как его просто вышвырнут на улицу.

Встаю с кровати и иду вновь вниз. Завтра надо съездить к Лешке, а значит попросить денег на расходы. Ну и заодно проверить границы дозволенного. А чем дольше я тяну, тем дольше нахожусь в неизвестности.