Книга Два сердца для меня, страница 14 – Эльвира Осетина

— Нам костер понадобится на всю ночь. Опасно в джунглях без огня. Могут хищники прийти на запахи. Поэтому чем больше хвороста мы соберем, тем лучше, — всё же через какое-то время пояснила я свою помощь.

— Самые опасные хищники в этом лесу — это я и тот клоун, — серьезно, нисколько не бравируя, ответил мужчина.

Я даже подвисла немного над его странным ответом.

А он продолжил собирать хворост, даже не глядя на меня.

«Интересно, это он так в себе уверен или опять отыгрывает свою роль?» — подумала я, но затем махнула рукой и продолжила заниматься работой.

Демон развел костер, а я, окончательно устав, сняла с себя верхнюю одежду и решила немного ополоснуться. Прямо в нижнем белье.

Как же выматывает эта жара, просто кошмар…

Ходить в мокром нижнем белье не стала и, сняв его, развесила на ветках, не забыв предварительно приказать Беляшу, чтобы отвернулся и не подглядывал.

Тот, одарив меня своим фирменным взглядом «нужна ты мне больно», все же отвернулся.

Немного привела себя в порядок, оделась и, усевшись у костра, вспомнила про то, что мужчина так и не пообедал.

— Ой, ты же голодный! — подскочила я и пошла доставать ему остатки змеи.

— Я не голоден, — сказал Уорис мне вслед.

— Ты сухой поек, что ли, по пути съел? — спросила я, роясь в своем рюкзаке и вытаскивая кусочки змеи.

Запах был не очень: кажется, она подкисла. Кормить таким мужчину чревато серьезными последствиями.

— Нет, — тем временем ответил Беляш.

— А что тогда? — повернулась я к нему.

— Ничего, — пожал он плечами и с превосходством добавил: — Я могу не есть несколько дней. Я же не человек.

Последнюю фразу он выделил особенным тоном голоса. Если бы чувство брезгливости можно было мерить килограммами, то Уорис точно вложил в слова «не человек» где-то не меньше тысячи кило.

— Это не самая хорошая идея, — усмехнулась я и сначала подумала, что, может быть, всё же стоит скормить ему протухшую змею, но в конце концов прагматичность во мне победила.

Все же неизвестно, сколько нам еще добираться до цивилизации, а выводить из строя неплохую боевую единицу глупо.

— Мне ни один яд не страшен, — сказал этот неугомонный.

Не став больше развивать эту тему, ведущую к очередному спору (всё же я тут, похоже, единственный здравомыслящий человек), я не без сожаления вырыла ямку своим ножом, скинула туда лист с мясом и засыпала землей. Не хватало еще, чтобы хищники на запах пришли.

Как только я об этом подумала, так сразу же затряслись ближайшие кусты, отчего у меня пересохло в горле от страха.

А из кустов на поляну шагнул Дарен и бросил свою добычу, еще и грудь выпятил гордо. Мол, вот я — добытчик. Любите меня, чествуйте!

Я даже чуть не подпрыгнула и не побежала целовать, в смысле — чествовать, еле-еле себя остановила, а затем посмотрела на то, что он принес.

— Э-э-э, — протянула я, — это что такое?

— Еда, — горделиво ответил мужчина и добавил: — Можешь готовить, женщина.

Я посмотрела на него и хмыкнула, а затем опять перевела взгляд на неведому зверюшку.

Какое-то время я ходила вокруг неё, а затем все же решила, что это кабанчик. Правда, на то, что это кабанчик, указывали только копыта и плотное телосложение, а вот остальная часть тушки больше походила на жирафа. Слишком уж длинная шея. А про морду я вообще молчу. Клюв был явно птичий, но вот крыльев у тварюшки я не заметила, даже их зачатков. Вместо этого была шерсть. Жесткая, но редкая.