Книга Внезапно замужем, или Как спасти репутацию, страница 38 – Дия Семина

Слова Андрея показались очень знакомыми по интонации. Вот точно так же в нужный момент в нашем мире телефонные мошенники подкидывают пугающую мысль, после которой нужно срочно посылать наглеца куда подальше и жать на отбой.

Что я и сделала:

— Вы правы! Но есть один печальный нюанс. Два года от вас ни единого слова, букета, конфеты. Ничего, что позволило бы мне хоть немного подумать о вас, как о перспективном муже. Наоборот, в момент принятия решения оставаться в пансионе или нет, я, скорее всего, выбрала бы отношения и жизнь вне стен «Оранжереи», однако о вас даже не догадывалась. Дружеское общение с женихом не запрещено, многие девушки ведут переписку с теми, кто им дорог, и с женихами в том числе, нам не обязательно было оглашать факт бракосочетания. Плюс, наши отношения начались, как деловой контракт с ценой вопроса в десять тысяч. Мне стыдно об этом говорить, но зная моих родственников, предполагаю, что решилась на этот шаг исключительно ради самозащиты от самодурства дяди. Сейчас обстоятельства изменились, я более не глупая дурочка, как это может показаться, и не собираюсь выкручиваться, и хитрить, чтобы решить свои проблемы. Наоборот, теперь я полна решимости бороться. И с дядей в том числе и за свою жизнь. Так что увы, я вам предложила приятный вариант с отложенной платой за ваше беспокойство, но теперь я буду вынуждена объявить наш брак не верифицированным, простите, так как я точно знаю, мы не ночевали в одной спальне никогда и я вас не видела и не слышала, да что я повторяю. Нет – вот мой ответ. Нашему союзу не суждено быть, так как вы упустили эти два года, а я за это упущенное время очень изменилась. Всего хорошего, ваш адрес и место работы я помню, завтра же начну подыскивать адвоката.

Моя строгая, спокойная отповедь, заставила брови Дмитрия подняться домиком в великом удивлении, а у Андрея окончательно испортилось расположение духа, совсем испортилось. Он покраснел, помрачнел, но сдержался. Зато так посмотрел на меня, что всё тело зачесалось (может, он знает проклятье на чесотку), но, кроме шуток, на секунду я заметила его настоящего и стало совершенно не по себе.

— Я не прощаюсь, моя дорогая, понимаю, время упущено. Но я лишь следовал твоим просьбам не писать, мы договорились встречаться лично раз в месяц, но потом ты пропала, записки от меня были, но ты не ответила. Я потерял всякую надежду, но решил ждать того момента, когда обстоятельства позволят нам объявить о браке, и теперь не намерен отступать, ты моя любимая жена, и я завоюю твою любовь…

— Любовь — это не война…

Вдруг Дмитрий добавил поэтики в нашу семейную перепалку, и Андрей Петрович решил уйти, пока между нами ещё осталась тоненькая переправа, не все мосты сожжены.

Стоило «мужу» выйти, я шмыгнула носом, но от слёз сдержалась, зато так жалостливо посмотрела на Дмитрия, как бездомный щеночек:

— Он ведь не отстанет? И адвоката мне пора подыскивать, потому что все эти договора могут выйти боком.

— Я спрошу у своих знакомых, нужен человек, хорошо знающий раздел семейного права. А теперь, сударыня. Позвольте проводить вас домой, чтобы мне спокойнее жилось до завтра.

Дмитрий подал руку и помог встать с дивана, вздыхаю и отдаюсь на его волю:

— Как прикажете. Вы начальник.

— Я был сегодня на квартире Антонова-Лазурного, соседи говорят, что в ней живёт какая-то красивая дама, но дома бывает очень редко, — Дмитрий, наконец, перешёл к самой важной части разбирательства, мы вернулись в его кабинет, собрать вещи. И уже на улице он продолжил. — Значит, не живёт, а бывает наездами, и она, видимо, его родственница или любовница, это мне чутьё подсказывает. А по факту, придётся как-то с ней встретится. Скорее всего, тексты — именно её рук дело. В серии статей обычно печатают намёки, характеристики невест, но теперь эта женщина перешла все границы. Нужно понять мотив, на выкуп или шантаж не похоже. Здесь что-то другое.