Книга Я мама вашего внука, или Как спасти репутацию, страница 37 – Дия Семина

Получив конверт, отошла к дивану, села и начала читать бумаги.

Первая часть про семью Дорониных, мне уже всё известно. Немного слов о том, что Тимофей действительно жив, и сошёл с корабля в Пруссии, и сейчас на пути домой. Со дня на день приедет на паровозе в столицу. И да, он официально женат на прусской баронессе Эмилии фон Гессен.

Об этом я тоже знаю от Марка.

Вторая часть оказалась более интересной.

Я, возможно, бастард своего отца, пока нет данных об официальном венчании родителей, но их ещё ищут, венчание могло пройти где угодно. Уже сирота, ни отца, ни матери в живых нет. Но есть вторая жена отца, и у неё есть сын, мой младший брат. Удивительно, что они живут в квартире на Фонтанке на деньги от наследства отца.

Поднимаю взгляд на Марка и гостей.

— Мой отец занимался ювелирными изделиями и драгоценными камнями. Устраивал аукционы. Алексей Егорович Сомов. У меня была его фамилия. Но я её поменяла на фамилию матери. Уф, значит, тот чек, это моё наследство?

Дмитрий сразу добавил про чек, чтобы я не волновалась:

— Да, вы его забыли у меня, и пока ситуация не прояснится, мы его сохраним в банковской ячейке, вам достаточно лично прийти в банк, назвать полностью имя, и вас проводят.

— Но как же муж или опекун?

Теперь в разговор вступила Наталья:

— Этот чек выписан в моём банке примерно два года назад, и вы можете сами обналичить его когда нужно. Унизительное правило, запрещающее женщине распоряжаться деньгами, я приказала отменить, скажу больше, по чеку и вашему настоящему имени мои служащие смогли найти колье и браслет, оставленные вами в залог, очень дорогие вещи. Потрясающей красоты изумруды и бриллианты…

Она говорит, а у меня уши начинают гореть, а потом и щёки.

В статье про ювелирный гарнитур, снятый с аукциона и предположительно похищенный, именно так и сказано. А я сдала часть в залог банку?

— Татьяна, с тобой всё в порядке? — Марк первым заметил неладное.

— Кажется. Но я точно не знаю. Мне бы надо поменять «памперсы» сыну, сейчас я быстро…

Забрала Даню у Марка, с конвертом в одной руке, с сыном в другой помчалась к выходу, никто даже не понял, что произошло.

— Таня, стой! Надо поговорить!

Кого угодно ожидала услышать, Марка или даже Дмитрия. Но за мной бежит Наталья и очень требовательным голосом приказывает остановиться.

— Я сейчас вернусь…

Но она не отстаёт.

— Памперсы? Серьёзно?

— Ой!

— Вот именно! Я знаю, откуда это слово, ты должна мне рассказать всё…

Останавливаюсь и смотрю на красавицу, широко открыв глаза, она тоже попаданка, как и я…

Этот разговор не может продолжаться на лестнице. Мы почти бегом влетели на мой этаж, прошли по коридору и спрятались от посторонних ушей в квартире.

Конверт с отчётом быстрее прячу в комод и спешу в детскую, менять подгузник.

Мысленно ругаю себя, что не могу выучить это слово, оно же знакомое, но я всё равно повторяю название бренда. Да и вообще уже начала же подлавливать сына и приучать к горшку, но снова прогорела на том же самом…

— Татьяна, я не отстану. Хорошо, ты права, это страшно, потому расскажу о себе.

— Я не хочу вас обидеть, но моя ситуация плачевная, даже трагичная. Мне кажется, что лучше просто всё оставить так, как есть.

Пытаюсь её предостеречь от поспешных шагов, о которых она сама, возможно, пожалеет. Но Наташа настроена решительно.