Онлайн книга «Не женское дело. Хозяйка мебельной фабрики»
|
Он не позволил мне продолжить. — Милая, эта пошлость ниже нашего достоинства, и она не приветствуется обществом, ибо попирает наши традиционные устои общества. Мы – аристократы! И ты с этого дня тоже аристократка. Наш долг армейская служба, законодательная власть и власть вообще. Я удивлён, что такая разумная барышня не понимает предназначения каждого сословия и тех, кто над ними… Если он ещё произнесёт нечто подобное, то я распакую пистолет и выстрелю в него, чтобы не мучился от снобизма. — Жаль, что снобизм не болезнь, и от неё не умирают… — Ты совершенно изменилась. — Увы, вы даже не представляете насколько, — отвечаю максимально спокойно. Кажется, мой план почти сработал. Я его взбесила, скоро он сам отберёт кольцо и побежит к баронессе. — Зато заразная болезнь предпринимательства от простолюдина вы подцепить успели, как я успел заметить. Нет ли ещё каких заболеваний? — Есть: здравомыслие, желание создавать что-то полезное, работать… — РАБОТАТЬ? Серьёзно? — его возглас, наверное, услышали в радиусе трёх кварталов. — Да, а что в этом такого? — Сударыня, я сегодня не экономке сделал предложение, а будущей графине. Повторюсь, ваши обязанности просты и ясны как божий день: украшать собой высший свет, радовать меня, создавать прекрасную обстановку, демонстрировать наше благосостояние, и вести благотворительную деятельность, но красивую, упаси вас Бог, буквально понимать мои слова, хватать черпак и бежать в приюты для бедных, раздавать еду… — О, как у вас всё запущено… — Не понимаю ваш сарказм, сударыня. Это устои общества, какие создавались веками, и не нам их менять. И кажется, я начинаю понимать слова моего отца о вас. Прикрываю глаза и с упоением праздную победу, наконец-то я победила по-настоящему. Кажется… — Я очень рада, что вы, наконец, поняли, что вырвали меня из привычной среды, пусть мещанской, но моей. Мы несовместимы, как вода и масло, как лёд и пламя. Я была глупа, очень глупа как пробка от шампанского, каюсь, но теперь понимаю, насколько наш брак не… Он снова не позволил мне договорить. — Даже собаку можно обучить трюкам. Раз ты поумнела, то быстро научишься и сможешь вести себя так, как подобает женщине твоего нового круга. Я тоже был очень глуп, видишь, во мне тоже есть доля критичности, многие мои поступки сейчас я не совершил бы и выбрал бы не военную специальность, а юридическую, законотворчество. Не писал бы пошлые пасквили, за какие мне сейчас стыдно, не флиртовал бы с девицами, которые до сих пор думают, что ещё могут на что-то рассчитывать. Но я делаю усилия над собой, как и любой человек моего ранга. И как будешь трудиться над собой ты, моя дорогая. Я люблю тебя, люблю твоё тело, твою душу, и боюсь, что начинаю любить наши споры. Кто бы мог подумать, что у нас вообще могут возникнуть подобные диспуты. — Кто бы мог подумать, что ты настолько упёртый, — последние слова я прошептала, отвернувшись в окно. — Сейчас я закрою тебя в библиотеке отца и дам одну важную книгу, тебе нужно её прочесть. Все устои общества, этикет, нравы… — Модест Андреевич, вы сами все эти устои попрали, и не единожды. — Я мужчина, и то были шалости, какие дозволительны юным людям, но с этого дня я помолвлен и вступил в иную стадию жизни. Обещаю, в постели я буду всё так же шаловлив и не позволю вам скучать, моя бесценная жена. |