Онлайн книга «Не женское дело. Хозяйка мебельной фабрики 2»
|
С порога ко мне навстречу, как к долгожданной родственнице вышли двое солидных таких, основательных мужчин. От них сразу повеяло опасностью, как от бойцовых псов, матёрых, мощных, но мощь их не в силе тел, хотя и этим их бог не обидел, а в должностях. Если такие люди служат в тайной канцелярии, то Модесту-птенчику, там вообще не место. Странный полёт моих мыслей куда-то увёл вдаль от насущных дел. — Алёна, соберись! — рявкнул Митя, я вздрогнула и «собралась». С этой секунды появилось навязчивое желание передать моего Митю, какому-то более важному человеку. Я уже не тяну быть его «переговорщиком» на полставки. И даже на четверть не тяну… — Вы и есть та самая Анна Ивановна, кто с Митей работает? — Так-то оно так, но, кажется, я у него на побегушках, и это, скажу я вам, тот ещё… (грубые слова решила придержать) Мужчины представились, пожали мою руку и окончательно ошеломили няню, какого Митю, и почему я с канцелярскими так запанибратски, когда их все боятся, пуще огня и как чёрт ладана… Но она не решилась вставить свои замечания при них и осталась на улице, сказав, что в здании духота, как до Лидки дело дойдёт, то и позвать. Мы молча прошли в кабинет начальника, закрыли плотно дверь, и я начала работать суфлёром или рупором, уж и не знаю, как себя теперь называть. Митя продиктовал имена самых важных гадов и указал их. Как и следовало ожидать, они прикинулись самыми несчастными и страдающими. Стоило полицейским их под белые ручки и в камеру сопроводить, так сразу начался вой, крик и проклятия. — Но что произошло? Как она так-то? Лидия же, по словам очевидцев одна из самых ярых… — Вот сейчас мне нужно её увидеть, потом подпишем показания, а Митя расскажет, что на самом деле случилось. До Леонида Осиповича дошло, точнее, вспомнилось. — А Митя-то вчера сказал, что Распутин в приюте решил заночевать и детей Лидии забрать – вот оно алиби-то зачем. Он поджог организовал… Мы уже прошли по коридору с зелёными стенами, здесь и воздух чище, и шума меньше. Какой-то парнишка сбегал за няней, как за важной свидетельницей на опознание. Очень неприятное, давящее чувство глубокой, жестокой безысходности, я такое же ощущала после смерти, когда ничего невозможно вернуть, а ведь была живая вот только что… Вздыхаю, беру няню за руку, и постовой открыл камеру, нам предстала довольно пугающая картина. Лидия сидит на нарах и покачивается. Что-то бессвязное мычит себе под нос. Смотрит в одну точку, волосы растрёпаны, лицо испачкано сажей. Она совершенно невменяемая, кажется, мы опоздали, и она ушла на тёмную сторону. — Матерь Божья, дура, но жалко её. Кто ж так-то? — няня не вытерпела и шмыгнула носом, махнула рукой и вышла, прошептав, что не может смотреть на такое, после что надо подпишет, а смотреть, увольте, и вышла, а мы остались, и Митя снова заговорил, он теперь видит нить последних событий. — Распутин её загипнотизировал. Это уже не первый такой сеанс, она и мельницу поджигала, но с какими-то мужиками. Ключи украла у Савелия, ночью облили всё горючей смесью, заложили взрывчатку и фитиль протянули за территорию, а подожгли уже днём, из-за забора мельницы. Это акт против технического прогресса, акт устрашения и мести лично Савелию, и какой-то конкурент свою лепту внёс, его имя неизвестно, Лидия его не видела, потому пока не обозначается настоящий заказчик. Теперь, что касается дома и ночного поджога, здесь Лидия свои цели преследовала, Распутин обещал жениться, внушил ей страсть к себе, она, как и многие женщины, души в нём не чаяла. Но произошла осечка. Появилась новая пассия у главаря, да ещё и поселил её Костик в квартиру Лидии, такое оскорбление женщина снести не смогла. |