Книга Свидание на краю бесконечности, страница 51 – Ольга Володарская

— Жора холостяк. И собирался им оставаться, но встретил меня и… — Лейла машинально взяла опустевшую тарелку из-под омлета и поставила ее на поднос. Туда же бросила использованную салфетку. — Вообще-то я не совсем правильно сказала. Жора знал меня еще ребенком. Игрался со мной, на плечах катал. Его мама и моя прабабушка росли вместе. Они как сестры. А потом Жора уехал в Душанбе, там жил пятнадцать лет, а когда вернулся и пришел с матерью к нам в гости, увидел меня, уже подросшую, и влюбился.

— А вы в него?

— Тоже. — Она смущенно потупилась. — Он такой красивый, элегантный, воспитанный. Видели бы вы, как он ест! Точно английский принц… Хотя принц ему в подметки не годится, даже Уильям. Тот лысый, а у Жоры волосы вот досюда, — и дотронулась до своей шеи. — Мы очень хорошо смотримся вместе, что бы все ни говорили. Не как отец с дочкой.

— А у тебя нет его фото? — странно было продолжать выкать девушке, с которой они так откровенно беседуют.

— Минутку, — Лейла достала из кармана фартука телефон, долго в нем копалась (минуту точно!), пока не нашла запрятанное в какой-то тайной папке фото. — Единственное, что сохранила. Остальные пришлось удалить.

Жора Алису разочаровал. Удлиненные волосы придавали его образу не элегантность, а чудаковатость, костюм сидел хорошо, но был не к месту (он запечатлелся на природе), очки в модной оправе его не молодили. Если бы Лейла не упомянула о том, что он был закоренелым холостяком, Алиса все равно подумала бы об этом. Самовлюбленный пижон, он полжизни не мог найти себе достойную партию, а когда в бороде появилась седина, бес кольнул в ребро, веля жениться на молоденькой. И тут такая удача — правнучка маминой подруги подросла!

— Интересный мужчина, — корректно проговорила Алиса. — Он не узбек?

— Грузин.

«Они те еще бабники», — подумала она. А вслух спросила:

— Жоре так важно мнение мамы, что он не может ее ослушаться?

— И это меня особенно печалит. Будь моя воля, мы бы уже жили вместе, и плевать на запреты. Родители рано или поздно простили бы нас, я уверена. Мои точно! Но Жорина мама… Он говорит, что нет. Хотя он у нее один, поздний, любимый…

— Тогда все понятно. Есть такая категория матерей, воспринимающая сыновей как свою собственность.

— Знаю, читала про них. Когда Жора со мной порвал, я на женских форумах сидела, советов просила, с психологами консультировалась… От отчаяния даже к фолбин ходила.

— Кто это?

— Можно сказать, шаманка. Или по-вашему, бабка. Гадала она мне, а потом какой-то обряд проводила. Я не очень во все это верю, но подумала — а вдруг сработает?

— Не сработало, получается.

— Получается, — кивнула головой Лейла. — Три года мы уже не вместе, а я не могу Жору забыть. И он ни с кем отношений не строит. Говорит, другой жены ему не надо.

— То есть вы видитесь?

— Очень редко и не специально. На Дне независимости столкнулись последний раз. Я с подругой была, Жора с деловым партнером. Пообедали вчетвером. Я думала, проводит меня потом, но нет. Наедине всего десять минут побыли, за руку подержались, и он мне машину вызвал.

— А буви не может свою подругу переубедить? Или она тоже категорически против твоего брака с Жорой?

— Против, но не категорически. Когда поняла, что у меня серьезные чувства и они уже временем проверены, смягчилась. Сказала: «Не того ты, доченька, выбрала, но сердцу не прикажешь!» И пообещала помочь.