Книга Бывший - все сложно, страница 32 – Ольга Тимофеева

— Берите.

— А как его рука-то?

Ищу взглядом сына. Он бегает, хотя нельзя, играет даже во что-то. Там хоть под присмотром будет.

— Заживает.

— А ты еще у Сони?

— Да, скоро домой поедем.

— Приезжай к нам сразу.

— Так я вещи его не брала.

— Да там есть вещи его. Не надо ничего.

— Хорошо.

Вечер катится к завершению.

У взрослых мясная кома и “компот” в крови. Соня зевает, Марья потягивается и непринужденно собирает со стола грязную посуду, мужчины обсуждают какую-то машину, у детей сели батарейки, и они заряжаются от гаджетов.

Вечер удался.

— Давайте я помогу тоже что-то убрать и надо уже ехать, а то поздно будет.

Составляю грязные тарелки.

— Хочешь, оставайся у нас, Кир, – предлагает Соня.

И я бы не отказалась, но уже обещала маме, да и Титовы явно хотят побыть наедине.

— Спасибо, но нас уже мама ждет.

— А вы на чем, Кир? – рядом Яна составляет грязные стаканы на поднос.

— На такси.

— А вам куда ехать? – невзначай спрашивает, будто мимоходом. –– Может, мы рядом, подвезем?

Я на нее. Потом на Никиту. Он ловит мой взгляд, но молчит. И это уже ответ.

Но Борька решает за все.

— Ура! Ура! С Никитой поеду! А мы на пожарной машине?

Пытаюсь вставить хоть слово. Поздно.

— Хорошо, подвезем, – улыбается ему Никита, даже не спрашивает, где я живу. Хотя мог бы. Для приличия. – Нет, Борь, сегодня не на пожарной.

— Мне надо к родителям, а это далековато отсюда.

— А мы к бабушке с дедушкой поедем?

— Да, Боря.

На Никиту смотрю.

— У меня все еще тоже дела, надо в пару мест заехать, поэтому не страшно.

Ну ладно…

У Никиты в машине установлено детское автокресло. Для той девочки… Туда сажаем Борю. Ренат садится впереди, мы с Яной сзади по краям, Борька в центре.

Сначала отвозит Яну.

— Спасибо, – улыбается она и благодарит Никиту, – рада была познакомиться, – улыбается мне.

От нее не ревностью веет, а теплой какой-то, грустью, может, надеждой. Влюблена, что ли, безответно в него?

— Счастливо, – машу в ответ.

Женскую эту любознательность никак не изжить из себя. Что между ними? Как вот узнать? Не в подружки же набиваться.

Друзья? Какого черта тогда ее сюда притянул? Тут близкие только, она вообще никого не знает, как и ее.

Потом отвозит Рената.

— Тебя куда?

— Район Рязаново.

Вбивает в навигаторе, смотрит маршрут.

— Садись вперед.

— Мне и тут хорошо.

— Еще лучше будет. Адрес какой точно?

— Школьная, тридцать два.

— Садись, будешь дорогу показывать. Что-то тут сеть плохо ловит.

Боря уже начинает клевать носом, на улице темнеет. Заблудимся еще. Ладно, пересаживаюсь вперед.

Никита заводит машину, отъезжаем. Кошусь на его телефон, установленный в держатель на панели. Все там прекрасно показывается. И с приемом сигнала тоже.

Ехать тридцать минут. За это время можно о-го-го что сделать, что обсудить.

Но мы едем молча.

Никита смотрит в зеркало заднего вида.

— Уснул, – кивает на Борю.

Я машинально оборачиваюсь. Спит, да.

Я снова в окно, хотя там темно уже, ничего не видно. Мы в этой неловкой тишине. Будто кто-то включил вентилятор, а он гоняет тяжелый, спертый воздух.

— Расскажешь что-нибудь? – ведет машину, вгрызаясь взглядом в асфальт.

Что-нибудь…?

— Новый закон приняли по дошкольному образованию...

— Я не об этом.

— Ты сказал что-нибудь, я тебе что-нибудь и рассказываю.