Книга Развод. Проучить предателя, страница 97 – Дарина Королёва

— Я никогда...

— Знаешь что, — она резко перебивает меня, — избавь меня от своего лицемерия. Двадцать лет ты строила из себя идеальную невестку, а теперь показала истинное лицо. Акулу бизнеса, которой только деньги и власть нужны. А людей — родных людей! Вышвыриваешь как отработанный материал!

Глубоко вдыхаю, считаю до пяти:

— Гордей сейчас у Карины? — меняю тему.

— Да, попросился пожить с дочерью, пока вы имущество делите, — в её голосе сквозит ехидство. — Хоть кто-то в этой семье сохранил понятие о порядочности.

Интересно, Карина в курсе махинаций своего отца? Знает, что её безупречный папочка дурил налоговую и обворовывал компанию?

— Даже дочь твоя с такой матерью не общается! И поделом! — свекровь напускает притворно-праведный тон.

Знает, куда бить. Отношения с Кариной — моя самая болезненная точка. Да, дочь так и не позвонила после нашего последнего разговора. Выбрала сторону отца, как всегда.

— Думаю, это всё, — окидываю взглядом почти пустую комнату. — Машина готова, вас отвезут.

— Не беспокойся, — надевает перчатки с вызывающей медлительностью. — Я не стану задерживаться в доме, из которого ты выставила моего сына.

Не выдерживаю:

— Ваш сын сам выбрал свой путь, Регина Петровна. Когда решил, что может безнаказанно изменять, врать и воровать.

Она смотрит на меня с ледяной усмешкой:

— Почему мужчины изменяют, девочка моя? Потому что дома их не ценят. Не умеют создать атмосферу тепла и заботы.

Качаю головой. Даже сейчас, даже после всех доказательств, она будет до последнего выгораживать своего драгоценного Гордеюшку.

— Прощайте, Регина Петровна. Надеюсь, вам будет комфортно.

— О, не сомневайся, — натягивает пальто. — А ты наслаждайся своей свободой и властью. Только знаешь... — она останавливает коляску у двери, — одинокую постель они не согреют.

И, гордо вскинув голову, выезжает из комнаты, оставляя после себя шлейф тяжёлых духов и вечной злобы.

Смотрю в окно, как её садят в машину.

Двадцать лет эта женщина терроризировала меня своими придирками, своим вечным недовольством.

А теперь всё кончено.

Я свободна от неё, как и от её сына.

Телефонный звонок раздаётся в семь утра. Звук режет тишину пустой квартиры — я ещё не привыкла к этому новому жилью, к его гулкости, к отсутствию других голосов и шагов.

— Мирослава Андреевна Вересова? — голос в трубке сухой, официальный.

— Да, это я, — сажусь на кровати, отгоняя остатки сна.

— Капитан Носов, Следственный комитет. У нас новые обстоятельства по делу о нападении на вашего бывшего мужа. Нам нужно, чтобы вы приехали для дачи показаний. Сегодня, если это возможно.

Внутри всё холодеет:

— Какие... обстоятельства?

Пауза. Слышно, как на том конце перелистывают бумаги:

— Лучше обсудим при встрече. Вы можете подъехать к десяти?

Бросаю взгляд на часы — у меня запланировано важное совещание, нужно его отменить. И предупредить Станислава.

— Да, конечно. Буду.

Звонок обрывается, оставляя меня с растущим беспокойством. Какие новые обстоятельства? Неужели Гордей что-то придумал, чтобы отыграться? Впрочем, следователь сказал — по делу бывшего мужа…

Следственный отдел. Меня ведут по коридору, мимо одинаковых дверей с номерами. Останавливаемся у кабинета с табличкой "Капитан Носов А.П."

Внутри — стол, заваленный бумагами, два стула и человек в форме, склонившийся над компьютером. Поднимает голову, когда я вхожу: