Книга Нас больше нет..., страница 21 – Дарина Королёва

— Я сам разберусь! Не учи меня, как обращаться с детьми. Это проще простого!

Вдруг раздаётся звонок в дверь. Лида напрягается:

— Кто там? Это в дверь позвонили?

Я иду к двери, смотрю в глазок и... чёрт возьми! Там стоит Вика! Недовольная, выпятив вперёд свой беременный живот.

— Это... это счётчик проверять пришли! Я сейчас занят, перезвоню.

Бросаю трубку и открываю дверь. Вика стоит, уперев руки в бока.

— Ты что, с ума сошла?? Ты... Как здесь оказалась?

— Сюрприз, милый! — язвит Виктория, кривя свои пухлые губы. — Я пришла познакомиться с твоей женой!

Я затаскиваю её в квартиру, закрывая дверь.

— Тише ты! Лида в больнице.

Вика прищуривается:

— Оу, как удобно! А может, ты её спрятал?

— Да ты что несёшь? — я начинаю закипать. — Зачем ты вообще сюда припёрлась?

— Зачем? — Вика повышает голос. — Может, потому что ты мне всё это время врал? У тебя жена, ребёнок, а ты мне сказки рассказывал, что свободен!

Я пытаюсь её успокоить:

— Вика, послушай...

Но тут из комнаты выбегает Соня. Она замирает, увидев Вику. Вика смотрит на дочь с нескрываемым отвращением.

— А это ещё кто? — визжит она. — Твоя дочурка? Какая прелесть!

Соня пугается и убегает обратно в комнату. Я чувствую, как во мне закипает гнев.

— Прекрати орать! Ты напугала ребёнка!

— Ах, я напугала? — Вика заламывает руки. — А ты не думал, как напугал меня своей ложью? Я беременна твоими детьми, Дамир!

Я подхожу к ней, обнимаю за плечи:

— Тише, тише... Я всё объясню, обещаю. Давай только не здесь, ладно?

Вика шмыгает носом:

— Ты опять врёшь?

— Нет, клянусь, — говорю я, глядя ей в глаза. — Слушай, давай я куплю тебе новое платье? И ту помаду, которая тебе нравится. Хочешь?

Вика немного успокаивается:

— Правда?

— Конечно. Ты же знаешь, я для тебя всё сделаю.

Она прижимается ко мне:

— Ох, Дамир... Почему ты такой…

Я наклоняюсь и целую её. Вика отвечает на поцелуй, напряжение начинает спадать.

Но где-то на задворках сознания бьётся мысль: что я буду делать, когда вернётся Лида?

Мы целуемся, и я пытаюсь выбросить из головы все проблемы.

Сейчас главное — успокоить Вику. А с остальным разберусь потом.

Глава от лица Лиды.

Настоящее время.

— Я подаю на развод, — бросает Дамир, направляясь к выходу, держа в руках две большие сумки. — На алименты не надейся. Всё, прощай…

Звон в ушах оглушает меня. Входная дверь хлопнула с такой силой, что я почувствовала, как содрогнулись стены.

Опускаюсь на корточки, прижимая к груди поцарапанную руку. Осколки разбитой рамки усыпали пол — осколки нашей разбитой жизни.

Дрожащими пальцами я вытаскиваю фотографию из этого хаоса.

Наше семейное фото. Мы втроём — такие счастливые, такие... фальшивые. По щеке скользит горячая слеза, падая на глянцевую поверхность снимка.

Соня здесь совсем крошечная, улыбается беззубым ртом. А Дамир... Как всегда деловой, серьёзный. Словно позирует не для семейного альбома, а для обложки Forbes.

— Вот и всё, — шепчу я, разглядывая фото. — Нас больше нет…

Руки начинают дрожать, и я медленно, словно в трансе, разрываю фотографию пополам. Отделяю себя с дочкой от Дамира. Затем беру его половинку и рву на мелкие кусочки.

— То, что тебя осталось, — обрывки бросаю в мусорное ведро.

Щека пульсирует, на руке открытая рана от пореза, но я не обращая внимание на боль. Бегу в детскую и заглядываю под кровать.