Книга Теорема судьбы, страница 37 – Наталия Доманчук

Галка специально встала из-за стола и оказалась за моей спиной:

— Большая Пися, привет!

— Ты опять с этими старыми женщинами? – спросила Верочка.

— Да! – это уже Алка подбежала и встала за моей спиной, чтобы видеть лицо моей жены в телефоне. – Мы старые и очень опытные женщины, мы затрахали твоего Данюсика до зеленых соплей и теперь он не может вернуться к тебе, потому что выжат как лимон.

— Почему до зеленых соплей? – подняла бровь Галка. – До зеленой спермы!

— Фу, девочки, прекратите!

Но Галка с Аллой так смеялись, что я не услышал, что мне сказала моя Вера из Большой Пысы. Впрочем, мне это было совсем не интересно.

Когда девочки успокоились и сели за стол, Алла спросила:

— Собираешься ее трахнуть, да?

Я посмотрел на Галку и закатил глаза. Она рассмеялась и заметила:

— Может, тебе в пародисты пойти? У тебя получилась вылитая я!

— Мне, наверное, уже пора домой, – я встал со стола.

Девочки тоже вскочили, даже Алена.

— Ну что тебе в твоем одиноком доме делать? – спросила Алла.

— Оставайся у нас, – попросила Галка, – помнишь, как мы в настолки играли до утра. Наверняка у Аллы есть!

— Нет, девчонки, у меня завтра суд с Барановым, а мне надо понять, кто мой адвокат, и поговорить с ним.

— Может, в контактах есть?

— Смотрел. Там восемь адвокатов. Звонить всем подряд? – усмехнулся я.

— Нет, достаточно посмотреть, кто из них последний тебя набирал, – подала голос Алена.

Блин, а эта Шелюхина не такая уж и дура! То есть совсем не дура. Тьфу ты, я имею в виду, что она нормальная баба!

— Спасибо за подсказку, – поклоном головы я поблагодарил ее и посмотрел на девочек: – Наберу вас завтра после обеда.

Добравшись до дома, я первым делом открыл компьютер. Кстати, он тоже открывался от сетчатки глаза, хорошо, что в первый раз, когда я его взял в руки и покрутил, он сразу включился.

Сейчас мне хотелось одного – рассмотреть фотографии моих девочек. Моих дочек.

Я листал фотографии и читал небольшую информацию о них. Старшую звали Екатерина Кукушкина, она родилась 24 мая 2015 года. Я чертыхнулся. Я даже не дал ей свою фамилию? Она тоже Кукушкина? Красивая девушка, очень похожа на меня: голубые глаза, темные волосы, пухлые губы. Даже улыбка моя.

Вторую дочку звали Елена, и фамилия ей досталась тоже от матери. Эта девочка – копия Насти: светлая кожа, на кончике носа смешные веснушки, на щечках ямочки и вьющиеся рыжие волосы. Очень прехорошенькая! Я даже пальцем по экрану провел, как мне захотелось ее погладить. А потом вскочил и спросил себя: «Почему я тут, а не с ними?» и побежал к машине. Водителя в гараже не оказалось, и я пошел искать или его, или ключи. За главным домом я увидел домик поменьше и, когда из него вышел заспанный и очень рассеянный водитель, догадался, что это коттедж для прислуги.

— Даниил Геннадьевич, дайте мне минуту, я буду готов!

Я бы и сам мог сесть за руль, но вовремя вспомнил, что не знаю, куда ехать, да и как и где парковать машину у подъезда Кукушкиной – тоже.

Через час я стоял перед дверью Насти и неуверенно нажимал на звонок. Вот же дурак, хоть бы позвонил! А вдруг она не дома?

Но через минуту дверь мне открыла старшая дочь:

— О, привет! Что-то ты зачастил! – скривилась она и, повернувшись, направилась в свою комнату.

Я оказался в узком коридоре, быстро разулся и повесил на вешалку куртку. Еще пара шагов, и я очутился в гостиной, но там никого не было. Кухня и спальня, где мы с Настей занимались любовью, тоже были пустые. Мне ничего не оставалось, как зайти в детскую.