Книга Взаимное притяжение, страница 63 – Оля Миллер

Волна нового оргазма нарастает стремительно — она захлестывает с головой, лишает дыхания, заставляет выгнуться дугой и выкрикнуть его имя. Моё тело содрогается в конвульсиях удовольствия, мышцы сжимаются вокруг него.

Влад глухо рычит, делает ещё несколько резких толчков и замирает, содрогаясь всем телом. Его лоб прижимается к моему плечу, дыхание — прерывистое, горячее — обжигает кожу.

Несколько минут мы лежим, не в силах пошевелиться, пытаясь отдышаться. Его рука лениво гладит мою спину, пальцы рисуют невидимые узоры на коже.

Я закрываю глаза, чувствуя, как усталость и насыщение берут своё. Но перед тем, как провалиться в сон, успеваю подумать: «Такого со мной ещё не было. И я не хочу, чтобы это заканчивалось».

Просыпаюсь с ощущением, будто меня разорвали надвое. В груди — оглушительное счастье, горячее, пьянящее, заполняющее каждую клетку тела. А следом — ледяной страх, сковывающий, парализующий. Я чувствую себя преступницей — и в то же время впервые за долгое время живой женщиной. Это шок контраста: в постели с мужем мне хотелось заснуть и не просыпаться, особенно в последнее время. А здесь я боюсь даже дышать — чтобы не спугнуть тепло мужчины, спящего рядом.

Он лежит на боку, закинув на меня руку, дышит ровно и спокойно — прямо в шею. Я вслушиваюсь в этот звук: размеренное, глубокое дыхание — как метроном, отсчитывающий мгновения чего-то настоящего. Вдыхаю запах мужчины: смесь лёгкого древесного аромата лосьона после бритья, тепла кожи и едва уловимого следа вчерашнего парфюма. Этот запах — мой антидот после долгого равнодушия мужа.

Мысли скачут, путаются. Я изменила. И это нельзя списать на пару выпитых коктейлей — я помню каждую деталь: каждый вздох, каждое прикосновение, каждое движение его пальцев, губ, тела. Мне кажется, что я запятнана изменой, но тело помнит желанную близость, отзывается на воспоминания дрожью удовольствия. «Я плохая, но мне наконец-то было хорошо», — бьётся в голове противоречивый приговор.

Осторожно, почти незаметно, я выползаю из его объятий, стараясь не разбудить. Каждое движение — расчётливое, бесшумное. Собираю свои разбросанные вещи по спальне: платье на спинке кресла, бельё возле кровати, чулки на ковре. Сердце колотится не от любви — от ужаса перед реальностью, где я замужняя женщина, а всё произошедшее — не сон, а факт, который придётся как-то вписать в свою жизнь.

На мгновение замираю у кровати. Смотрю на него спящего — в последний раз, перед тем как закрыть дверь. Запоминаю детали: рука закинута за голову, локоть чуть согнут, губы чуть приоткрыты, на щеке — след от подушки. И меня накрывает дикая тоска: я вынуждена возвращаться в реальность вместо того, чтобы завершить этот идеальный сценарий. Проснуться вместе, возможно, заняться утренним сексом, потом позавтракать, смеясь, рассказывая что-то будничное, делиться планами, касаться друг друга за столом…

В прихожей накидываю пальто, надеваю обувь. Выхожу из квартиры — и только на улице, вдохнув морозный воздух, позволяю себе выдохнуть. Машины нет. Достаю телефон — он оказывается разряжен. Начинаю идти по двору, чтобы попросить охрану вызвать такси. По пути пытаюсь придать себе нормальный вид: приглаживаю волосы, смотрю в погасший экран телефона — хорошо хоть вчера смыла макияж, иначе сейчас было бы совсем ужасно. Хотя куда уж ужаснее моего нынешнего вида: растрёпанная, сонная, с глазами, в которых читается вся буря пережитых эмоций. Пальцами затягиваю пояс пальто потуже, ёжусь от холода.