Онлайн книга «Прежде чем мы разобьёмся»
|
О том, кем ещё вчера горела? Нужно из памяти стереть, Мне хватит на этом месте пробела. Знай, это просто пятно На общем холсте судьбы. Тебе и мне всё равно, Ушли без обид и борьбы. К чему пустые грёзы? Нам друг друга никогда не вернуть. В шипы превратятся слёзы, А любовь моя в ядовитую ртуть. /Аврора/ — Дура, не ходи туда! — со всей дури завопила Тёмная сторона, сотрясая барабанные перепонки. — Не слушай её, ты должна знать правду! — оскорбилась Светлая. А какую правду и для чего она мне вообще нужна — нет разницы. Вот что я буду с ней делать? Уберу в старый глиняный кувшин и запечатаю на долгие года, как джинна? Но это всё лирика. Никакие разумные или сумасшедшие доводы не смогли бы заставить меня свернуть с намеченного пути. Не сейчас. Потянув ручку на себя, я окунулась в лёгкий полумрак знакомой спальни. Из-за плотных чёрных штор солнечный свет совсем не проникал в комнату. На огромной кровати было совершенно отчётливо видно два тела — мужское и женское…. Нет-нет-нет! Только не это! Только не опять! Словно воздух выпустили из лёгких. Протёрла глаза, втайне надеясь на то, что мне просто привиделось. Но нет. Картинка оставалась всё такой же чёткой и яркой. Ослепительной! В масштабах нашей гребаной вселенной. Ощущение такое, как будто первоначальное изображение специально обработали в фотошопе, чтобы убрать все размытости, шероховатости, неровности и блики. Добавили неона, магии и внутреннего свечения. В итоге она светилась, как долбаная новогодняя ёлка. Я пыталась найти логичное объяснение. Например, в постели Яна кто-то другой, а сам он уехал, как любезно подсказал его лучший друг. Только с каждой секундой словам Башаров верилось всё меньше и меньше. Он просто прикрывал Сотникова, чёрт возьми. Как и парень кис-кис-кис Марк Барсов. ВДОХ. ВЫДОХ, ВДОХ… И нет я не играю в доктора, а пытаюсь не дать себе сгореть в огне собственной боли и агонии. Но они уже смешались с кровью, въелись под кожу, пропитали меня насквозь. Я дышала концентрированным морфием, накачав им себя под завязку. И я была готова искупаться в любом токсичном болоте, лишь бы заглушить этот надоедливый адский шум. В котором сердце вживую рубили на куски большим кухонным топором для разделки мяса. Бам! Бам! Бам! Удар за ударом я почти не понимаю, сколько прошло времени, и как долго я стою и смотрю. В упор на него. И будь у меня арбалет или лук со стрелами, я бы потратила на Сотникова весь чёртов колчан. Согласна даже на автомат Калашникова. Пиф-паф! Сдохни, жестокий мудак! Может быть, эта кукла с ним спит? Просто спит? В смысле, у них ничего не было… БОЖЕ. Нельзя же быть такой конченной наивной дурой. Чем ещё они могли заниматься в одной постели? Вдвоём?! Я девочка и не должна ругаться матом… но, простите, я не одуванчик, не ангел. Ментально припомнила весь свой запас нецензурной брани и на секунду представила, что устрою мощный скандал. Чтобы перебудить всех соседей и окончательно укоренить образ тупой истерички. Больших усилий стоило отказаться от мысли… ну, к примеру, воткнуть в Сотникова первый попавшийся колющий предмет. А ещё очень хотелось вырвать у очередной блондинистой Барби волосы. Вышла, тихо прикрыв за собой дверь и привалилась спиной к стене. Не знаю, как я не упала здесь же. Как вообще удержалась на ногах. Наверное, меня подпитывали ненависть и остатки гордости, что неожиданно воскресли из пепла. |