Книга Прежде чем мы разобьёмся, страница 73 – Мила Любимая

— До дома подбросишь? — глаза Авроры полируют меня из зеркала заднего вида. — Отец уже сто сообщений прислал.

Значит, это был отец…

Чёрт, какого хрена я вообще об этом парюсь?

— Ок.

Слегка притормозил только въезжая во двор Пожаровой. Не хватало только на глаза прокурору попасться, и без того проблем с ним хватает.

— Здесь останови.

Она молча выскочила возле детской площадки, захлопнув за собой дверь. А я на пару секунд завис, провожая взглядом её фигуру.

Ла-аа-дно.

Хочет цену себе набить, так мне не жалко. Тайм-аут так тайм-аут. Посмотрим, как через день (через три максимум!) она сама прилетит в мои объятия, чтобы самозабвенно отдаваться снова и снова.

Но и не через два дня, через пять и даже через неделю Пожарова не дала о себе знать. Я стойко ждал, когда персик-таки дозреет, но сдался первым в нашей немой игре. Полез проверять социальные сети и обнаружил себя заблокированным пользователем @ava_rora_fire

Выпал в нерастворимый осадок пепла.

В тот день и Башаров присел на уши, пытаясь свести с какой-то тёлкой, которая меня вообще никак не вставляла. Лишь вызывала вполне понятное желание держаться подальше.

Типичная кукла Барби подвида «Липучка обыкновенная». Я таких слишком хорошо знал. Один раз прыгнет в постель и будет стараться делать это при каждом удобном случае.

— Сотников, ты там не заболел? — друг хлопнул меня плечу. — Смотри какая куколка. Всё сделает, что попросишь.

— Не хочу, — опрокинул в себя очередную порцию вискаря. — У тебя сегодня днюха, вот и отрывайся.

Рус рассмеялся, откинувшись на спинку кресла.

— Тебя реально Пожарова зацепила?

— Я не крючок, чтобы меня зацепить.

— Ты же понял.

— Понял.

— Ну и нахрен? Всё понимаю, бодипозитив и модели плюс сайз сейчас в моде, но Хрюша…

— Рот закрой, пока я тебе не втащил.

— Бля, Ян…

Меня переклинило. Я это чётко понимал. В конце концов, не страус, чтобы прятать голову в песок и не прыщавый пятнадцатилетний пацан. Чётко знаю, чего хочу.

Сейчас мне нужна булочка.

Переклинило, вставило, хоть зацепила. Вообще пофиг.

— Сотников, — Башаров вмиг посерьёзнел и наклонился ко мне. — Зачем тебе Жарова-старшая? Запоздалый всплеск спортивного интереса? Ну трахнул ты девку, отряхнись и забудь.

— Повезло, что у тебя днюха, Рус.

— Ты спятил.

Похоже на то…

А единственное, чем можно излечить моё внезапное безумие — это доза пожара Авроры. Может, так скорее отпустит.

— Давай, — встал и махнул другу на прощание. — Я поехал.

— Куда?

— На терапию.

Мы синхронно рассмеялись, и я вышел из бара на улицу, под прохладную питерскую ночь. А уже через полчаса такси привезло меня к дому прокурора. Что ж… надеюсь, папаша Авроры не закатает меня в асфальт, как пару раз обещал сделать.

— Ян? — дверь мне открыла Марьяна. Быстрым взглядом отметил красные щеки и заплаканные глаза. Закончился, стало быть, их конфетно-трахательный период с Башаровым. — Тебе чего здесь? Аврора уехала…

Куда она уехала, блин?

Долбаная лягушка-путешественница.

Если бы у меня было сердце, то там в грудной клетке оно точно бы замерло на несколько слишком долгих секунд. Лишь потом забилось бы — глухо, тяжело проворачиваясь по часовой стрелке и накачивая кровь отравляющим токсичным дурманом под названием «страх».

Но у меня нет сердца.

Оно ни замирало, ни останавливалось, ни подавало никаких признаков жизни. Только в самой глубине сознания что-то словно надломилось и перевернулось.