Книга Ловелас. Том 2, страница 103 – Илья Взоров

— Это мисс Кларк, — представил нас Хью. — Финансовый директор издательства «Ловелас». А это — Кристофер Миллер, его основатель.

Херст вдруг замер. Его губы медленно раздвинулись, обнажая ровные зубы. Это не была улыбка — скорее оскал хищника, обнаружившего на своей территории наглого чужака.

— Ах, так это вы? Тот самый выскочка, который развалил работу «Эсквайра» и переманил моих людей? Вы решили, что можете просто прийти и забрать то, что принадлежит корпорации «Hearst»?

Ну все. Не видать мне Эстер, как своих ушей. Я пожал плечами и ответил максимально легко:

— Ага, решил. Знаете, мистер Херст, сто долларов сверху к окладу — и ваши люди магическим образом становятся моими. Надо платить по рынку и проблем не будет.

Бледное лицо Херста пошло пятнами. Он шагнул ко мне, произнес:

— Я вас уничтожу, Миллер. Разотру в пыль. Я перекрою вам кислород в каждой типографии, в каждом киоске от штата Мэн до Орегона.

— Уильям, опомнись! — Хью попытался вклиниться между нами. — Не на людях, Уилл! На нас же смотрят.

По залу действительно пошел шепот. Обедающие джентльмены начали откладывать вилки, предвкушая скандал в высшем обществе.

— И не при дамах, — я поморщился, глядя на Херста с ухмылкой. — Если есть ко мне претензии, можем выйти на задний двор и решить их по-мужски.

Херст брезгливо скривился.

— Дерутся только плебеи.

— Ох, простите, — я театрально прижал руку к груди. — У нас тут носитель голубой крови? Китти, ты слышала? Кажется, мы столкнулись с особой королевской фамилии.

Китти чувствительно дернула меня за рукав, умоляя замолчать, но меня уже несло. Вторая жизнь дала мне наглость, которая у меня была и в первой.

— Мои газеты и журналы продаются тиражом тринадцать миллионов экземпляров! — Херст перешел на шипение. — Меня ежедневно читают сорок миллионов американцев! В прошлом году «Hearst Corporation» заработала шесть миллионов долларов чистой прибыли! А кто вы такой? Пыль под моими ботинками.

— Да, да, — я перебил его, зевнув. — Мы поняли. Пиписька у тебя больше, цифры в чековой книжке длиннее. Давай, расскажи еще про свой частный самолет. И про яхту не забудь. Это же так важно для самоутверждения.

— И это всё у меня есть! — выкрикнул он, окончательно теряя аристократическую маску.

Я подошел к нему вплотную, так что мы почти соприкоснулись грудью.

— А знаешь, чего у тебя нет, Уильям? — спросил я вкрадчиво, глядя прямо в его пустые глаза.

— Чего же? — выплюнул он.

— Верных друзей. Женщин, которые ложатся с тобой в постель не ради строчки в завещании. Искреннего смеха за столом. Сколько раз ты уже был женат?

Херст промолчал, его лицо стало цветом мокрого мела.

— Дважды, — коротко и тихо вставил Хью, нервно поглядывая по сторонам. — Кристофер, я прошу тебя, не устраивай публичную сцену. Уилл, пойдем, выпьем...

Но Херст уже не слушал. Он повернулся к Брэдли, и в его взгляде была чистая, концентрированная ненависть.

— А ты, значит, Хью, собираешься продавать его журнал? Намерен идти против меня? Не боишься войны с «Hearst Corp»? Мы сотрем твою дистрибьюторскую сеть с карты США.

Хью выпрямился. Его добродушная хмельная маска сползла, обнажая лицо человека, который не привык к такому тону.

— У тебя, Уилл, уже звездная болезнь началась, — резко ответил Брэдли. — Я ничего и никого не боюсь. Я воевал на флоте с япошками, на мой корабль пикировали камикадзе! И тех я не боялся! А ты — всего лишь папин сынок, что унаследовал бизнес. Иди пей свою минералку и не порти мне вечер.