Книга Случайная наследница Миллиардера. Новогодняя история, страница 5 – Дари Дэй

Но счастье было недолгим…

— Почему она орет постоянно?! Ты же мать! Сделай уже что-нибудь, чтобы она наконец-то заткнулась! – цедил Степа сквозь зубы, не отрываясь от экрана своего ноутбука.

«Она» – это наша с ним дочь. Малютка Шурочка с удивительными серо-голубыми глазами. В остальном Шурка была моей копией, а вот от отца не было ни единой черты. И глаза эти… В кого такой цвет?

После рождения дочери, мой муж будто закрылся в себе. Не брал ее на руки, и вообще избегал времени с дочкой. «Я занят», – бросал каждый раз, словно старясь от нас отмахнуться.

Мы отдалились.

Мне приходилось быть и мамой и папой для нашей дочурки.

В мою память впечатался миг, когда спустя несколько лет Степа принес домой тест ДНК:

— Объясни мне! Сейчас же! – вне себя от распирающей ярости, он кричал, брызжа слюной во все стороны, и тряс перед моим носом конвертом, – Она не моя! Не моя дочь! Что все это значит?! Как ты умудрилась все так провернуть?!

Ступор.

А потом возмущение. И оно не знало границ.

Я помню, как кричала тогда:

— Как у тебя язык поворачивается такое нести?! Мы же вместе со школы! За всю жизнь у меня никого больше не было!

Но Степа только холодно усмехался в ответ:

— Нагуляла неизвестно где, а теперь чужой обоз на меня хочешь повесить? Вот уж нет, дорогая. Иди теперь к тому, кто отец. Пусть он вас поит и кормит, а я батрачить, чтобы чужого ребенка на ноги поставить, не буду.

Наш брак рухнул в мгновение ока.

А еще через несколько дней Степа выставил нас с Шуркой на улицу.

Я стояла на обочине дороги, сжимая в руке ладошку маленькой дочери. Под ноги мне бывший муж швырнул чемодан и уехал.

В голове билась страшная мысль – у нас с Шурочкой нет теперь ни крыши над головой, ни гроша в дырявом кармане, и ни одного человека на всем белом свете, кто хотел бы помочь…

Шли месяцы, мы встали на ноги. Институт я бросила еще во время беременности – муж настоял, ведь «не дело это, на парах прозябать, когда о доме и семье думать надо». Моя мечта стать дизайнером канула в лету вместе с упущенным временем.

Устроилась на одну подработку, вторую и третью. Шурку в сад, а сама домой - только поспать. Потом прибилась в маленькую фирму по частной уборке. Не ахти, но хоть что-то. Стабильные деньги, хоть труд и тяжелый.

Потихоньку мы с дочкой ковыляли в светлое будущее, но с момента, как мы оказались на улице – я зареклась верить мужчинам.

— Вы к доктору Соловьеву? – голос девушки на ресепшене выдернул меня из воспоминаний. – Он не принимает сегодня рядовых пациентов.

— Я не рядовой пациент, – скрипнула я зубами в ответ, и сильнее вцепилась в ремешок своей сумки, – вы прекрасно знаете, по какому вопросу я снова пришла.

Лицо девушки перекосило слегка.

Конечно, они все были в курсе. Я обивала пороги «Надежды» уже раз в двадцать пятый. Меня тут знали в лицо.

— Я передам, что вы намерены ждать, – нехотя оповестили меня, – но, возможно, это займет не один час.

— Я подожду, – с нажимом ответила. Час. Два. Да хоть целю вечность, если в итоге мне скажут, кто настоящий отец моей Шурки.

Время неумолимо ползло к трем часам. Я уже страшно опаздывала, и намеревалась уйти, когда одна из медицинских сестер пригласила меня в кабинет.

Сотрудница вышла, а я замерла, не решаясь войти, потому что слышала, как доктор говорил по телефону в этот момент: