Книга Случайная наследница Миллиардера. Новогодняя история, страница 20 – Дари Дэй

Я знал, что Лариса больше ценила тусовки и клубы, чем семейную жизнь, но искренне верил, что когда-то она из этого вырастет.

Мы оба понимали, брак – просто сделка. Поэтому я не давил.

А в какой-то момент, когда все ее подружки ударились в семейную жизнь, и иметь детей стало модно, Лариса заявила, что мечтает стать мамой. Именно тогда я поверил, что все наконец-то изменится.

В клинику «Надежда» мы с Ларисой пришли, когда три лучших врача утвердили диагноз. Естественное зачатие для нее было под строгим запретом.

МАРАТ

Нам назначили ЭКО. А когда, спустя время, Лариса показала мне тест, и две яркие полоски на нем, я окончательно позволил себе поверить, что теперь мы станем настоящей семьей. Я так хотел ее обрести – крепкую, нерушимую. Наполнить дом топотом маленьких ножек и детским смехом. Это все было так близко…

Я действительно верил в то, что Лариса изменится. Дурак.

Она забрала эту надежду так же быстро, как подарила.

Прошел всего месяц, прежде, чем ее снова затянуло в привычную жизнь. Она до утра пропадала в клубах, возвращалась домой с запахом алкоголя и дыма.

Я пытался до нее достучаться. Кричал. Объяснял, что она вредит нашему ребенку. В какой-то момент даже запретил выходить ей из дома.

Но для Ларисы это все было лишь развлечением. Чем больше я злился, тем больше веселилась она. Сбегала от любой охраны, пропадала все чаще и дольше, возвращалась еле стоящей на ногах.

— Ты, как обычно, все преувеличиваешь, Марат, – отмахивалась она как всегда. – Все под контролем. Я же будущая мать. Я точно знаю, что вредит нашему ребенку, а что нет. Так вот, сидеть в четырех стенах для нас гораздо вреднее.

— Какой нахрен контроль?! Ты его убиваешь! Завтра же запру тебя в клинике! Мое терпение лопнуло!

Я злился, кричал, но это ничего уже не меняло. Оставалось лишь пойти на крайние меры.

Из клиники Лариса тоже сбежала. Два раза.

Когда на шестом месяце она потеряла ребенка, я уже не испытывал ни злости, ни жалости. Лишь пустоту. Она высасывала из меня любые эмоции, будто черная бездонная дыра прямо в душе.

Лариса рыдала. Умоляла остаться. Но я подал на развод.

— Мы можем попробовать снова! Моя подруга проходила целых шесть попыток ЭКО, прежде, чем родила малыша!

— Ты. Можешь пробовать сколько угодно. Но я больше через это проходить не намерен, – равнодушно ответил.

Я знал, что все ложь. Она не изменится. А во мне после потери ребенка что-то сломалось. Мир уже не казался мне прежним. Теперь он навсегда окрасился в серость.

Это был самый черный период во всей моей жизни.

Я ушел в работу, хватаясь за любое дело, как утопающий за последнюю соломинку. Только бизнес спас меня от боли тогда.

А теперь, спустя годы, я узнал, что ребенок, которого мы ждали с Ларисой, был не моим. Мне все равно – если бы он родился, сейчас я бы его как прежде любил.

Но ребенку не суждено было появиться на свет, и теперь больно вдвойне, будто мои настоящие страдания вдруг стали обманом.

Лариса несколько лет не бросала попыток вернуть отношения. Но я пресекал каждую из этих попыток.

— Ключи, – процедил я сквозь зубы, открывая глаза и возвращаясь в реальность. – Ты должна была отдать их охране.

Лариса небрежно пожала плечом, от чего ее большая ненатуральная грудь всколыхнулась.

— Ой, дорогой, ну не будь таким скучным. Улыбнись. Или ты не рад меня видеть?