Книга Забрать свою семью, страница 87 – Юлия Бонд

Чтобы я изменила? Скорее всего, сказала бы о своей беременности тогда ещё живой матери Матвея. Не знаю, как бы она отреагировала и как это повлияло на настоящее, зато Матвей не был лишён права на отцовство нашей дочери.

Нет, я никого ни в чём не виню. Я понимаю, что была неправа, действовала эгоистично, забирая у Сони родного отца и позволяя Стельмаху юридически заменить его. Просто тогда, учитывая мой небольшой житейский опыт, мне казалось, что так будет лучше для всех. Я ошибалась! Лучше – оказалось только для меня и больше никого. Я просто спряталась от проблем, укрылась за широкой спиной Льва, потому что трусливая дура.

Но на своих ошибках учатся, жаль, что не на чужих. И вот спустя много лет, когда я оказалась в подобной ситуации, то точно знаю, что мои интересы, точнее, здоровый эгоизм, не должен стоять на первом месте, когда речь идёт о семье. Я бы могла скрыть от Стельмаха беременность, придумать что-то, во что бы он поверил. Родить ребёнка и воспитывать его самой – так могло бы быть, но не будет. Потому что теперь я выбираю здравый смысл, смотрю на несколько шагов вперёд, как партия в шахматах. Может, у нас со Львом ничего и не получится больше, но он такой же отец, как и я мать. И права у него на ребёнка ни чуть не меньше, чем у меня.

— Приехали, – голос Стельмаха вырывает меня из некой прострации, в которую я успела погрузиться, пока мы ехали в суд.

Отстегнув ремень безопасности, не спеша, выхожу из машины. Хватаюсь за руку Льва, которую он мне подставляет.

— Что случилось? Плохо? – волнуется Лев, когда я останавливаю в нескольких метрах от здания суда, где нас, по идее, уже ждёт Матвей.

— Что-то предчувствие нехорошее. Как будто что-то должно случиться, что-то нехорошее, – ослабляю на шее шарф.

— Это просто волнение, Ась. Если хочешь, то мы сейчас заявим ходатайство и перенесём судебное заседание на другой день, когда ты себя будешь лучше чувствовать.

— Нет, не нужно оттягивать неизбежное. Пусть скорее уже решится этот вопрос. Я последние полгода, как Матвей вернулся в город, места себе не нахожу. Устала от всего этого.

* * *

В коридоре возле зала судебных заседаний уже ожидает Ткачук. Заметив нас, он идёт навстречу, спешит пожать руку Стельмаху.

— Просили пять минут подождать, – сообщает Матвей, кивая в сторону зала судебных заседаний.

Пока мужчины общаются на нейтральные темы, я занимаю свободный стул, утыкаюсь взглядом в мобильный. Ничего критичного не происходит, но я чувствую, как внутренне напряжение нарастает. Вроде всё хорошо: Соня в школе, мы со Львом в суде. Разве только у младшей сестры или родителей могло что-то случиться. Иначе я не понимаю: откуда это всё берётся.

Только успеваю подумать о родственниках, как на экране мобильного телефона загорается фото мамы. Входящий звонок. Торопливо нажимаю пальцем на зелёную трубку, прикладываю мобильный к уху.

— Да, мам. Что-что срочное? – произношу спокойным тоном, но уже через мгновение моё сердце ухает вниз.

— Соня пропала! – звучит из материнских уст как чем-то тяжёлым по голове, сражая меня наповал.

— Что? – поднявшись со стула, начинаю мерить шагами коридор, сердечный стук учащается, а дыхание становится затруднённым. – Что ты только что сказала, мама?

— Соня куда-то исчезла. Мне позвонила классная руководительница и сообщила, что после урока физкультуры Софушка не возвращалась в класс, – голос надломленный, мама едва не плачет.