Книга Забрать свою семью, страница 78 – Юлия Бонд

Вкратце пересказываю случившееся, а свекровь только вздыхает тяжко и головой качает.

— Ась, а как ты себя чувствуешь? Как беременность протекает? – неожиданно интересуется Валентина Дмитриевна, заставляя меня немало удивиться.

По-любому Стельмах рассказал и когда только успел?

Сделав над собой немалые усилия, чтоб не выказать настоящих эмоций, я легко улыбаюсь. Ну да, разве стоило ожидать чего-то другого? Ещё пройдёт каких-то несколько месяцев, и моё тело начнёт приобретать другие формы, тогда уже точно не скрыть весьма интересное положение, да и надо ли? Только дело в том, что о беременности я даже маме своей ещё не сказала.

— Всё хорошо. Беременность протекает нормально, – помедлив, отвечаю я, стараясь не вдаваться в подробности.

— Точно? Может, тебе помощь какая-то нужна или что-то ещё? Говори, Асенька, не стесняйся. Ты же мне как дочка родная, я всегда о тебе переживаю как мать.

— Спасибо, – только и могу выдавить из себя. Это впервые, когда свекровь мне сказала о своих чувствах, хотя и раньше чувствовала её особое к себе отношение.

Валентина Дмитриевна искренне улыбается, взгляд переводит с меня на сына. Видно, что она рада за нас и, наверное, в мыслях уже думает, что мы со Львом теперь точно не разведёмся. Ха! Стельмах тоже так думает, только вот беда – меня в очередной раз никто ни о чём не спросил, словно это уже вошло в какую-то дурацкую привычку.

Мне не по себе, что без меня принимают такие важные решения. Будто моё мнение ничего не значит, пустой звук. И это жутко раздражает, выводит из равновесия. Потому что для меня неприемлемо, когда играют моими чувствами. Стельмах решил развестись – подал в суд иск. Стельмах передумал разводиться – просто забрал нас с Соней к себе домой. И если бы не этот перелом ноги, который случился совсем некстати, мы бы с Соней в жизни не переехали ко Льву. Просто я реально оцениваю свою беспомощность на этом этапе жизни.

Свекровь проводит в гостях недолго, задержавшись на обед. А после неё приезжают мои родители. И почти всё повторяется сначала: те же самые расспросы и предложения о помощи.

Пользуясь моментом, когда мы с мамой останемся наедине, я сообщаю ей о своей беременности. Первые секунды мама смотрит на меня с широко открытыми глазами, словно не до конца осознавая, что скоро ещё раз станет бабушкой. Но потом её будто прорывает, она спешит меня обнять и поцеловать в щеку.

— Доченька, я так рада за вас с мужем. Этот ребёночек теперь навсегда вас объединит. Уверена, Лев будет хорошим отцом. Да что там хорошим, самым лучшим будет, – улыбается во все тридцать два, а мне совсем не до улыбок. На душе до сих пор кошки скребут от дурацкого чувства дежавю.

— Мам, я не хочу, чтобы Лев жил со мной только из-за ребёнка. Мы это уже проходили и чем это всё закончилось – ты знаешь.

— Да, проходили. Но то было другое. А сейчас…

Мама медлит, подбирая слова, но всё что бы она сейчас мне ни сказала, это никогда не оправдает в моих глазах Стельмаха. Когда действительно дорожат своей женщиной и отношениями с ними, то не передают своему другу семью, как будто мы с дочерью автомобиль, который взяли покататься на время.

— Не надо, пожалуйста, – не оставляю маме шанса продолжить мысли, – я больше не верю Стельмаху. У меня нет гарантий, что завтра он не передумает и снова не подаст на развод. Я не игрушка, мам. У меня тоже есть чувства и эмоции, а твой любимый зять просто наплевал на это всё. Дважды в одну реку не войдёшь, как говорится.