Книга (Не)образцовый айдол Восточной Старшей, страница 44 – Мэри Блум

Катерина рядом, включив на полную высокомерную сучку, все так же пялилась в окно, делая вид, что меня вообще не существует. В отличие от многих моих знакомых, она умела банить не только онлайн, но и офлайн. А я умел снимать этот бан везде.

— Что-то жарко у вас в машине, — сообщил я и сбросил поверх ее сумочки свою куртку.

И — та-дам! — миру явилась роскошная стильная майка с крупной надписью на всю грудь «I LIKE BOOBS!» У заразы, которая демонстративно не смотрела на меня, но все равно время от времени подозрительно поглядывала (она уже знает, что нельзя выпускать меня из виду), аж глаза округлились от изумления. А что, может, я именно для этого и занимался английским! Надо же как-то блеснуть знанием.

В этой машине, кстати, английский знали все.

— О, клево! — выдала Лизавета. — А какие сиськи-то нравятся?

— Те, которые можно разглядеть! — хмыкнул я.

К в очередной раз ЗАКАТИЛА ГЛАЗА. Что логично, учитывая, что ее грудь еще надо найти.

— Мишель, — хитро прищурился дядя Андрей, — а ты что, так и в школу пойдешь? А за такое не накажут?

— Не накажут? — повернулся я к главе нашего школьного дисциплинарного комитета, обожавшей раздавать наказания другим ученикам за любую мельчайшую провинность.

Катерина продолжала показательно смотреть в окно, молчать и игнорировать меня и мою любовь к сиськам.

— Ну, видать, не накажут, — резюмировал я.

Так мы и добрались до школы. Пока я напоследок обсуждал с отцом заразы, к скольки мне сегодня подъехать, она шустро испарилась из машины, и нагнал я ее только на крыльце. По идее, той самой школьной территории, где ей нравилось диктовать свои правила, но почему-то сейчас она все еще продолжала меня игнорировать.

— Что, серьезно, не накажешь? А я ведь так на тебя рассчитывал…

— Смотрю, наказания тебя только поощряют, — не поворачивая ко мне голову, бросила К. — Для тебя лучшим наказанием будет его отсутствие. Так что старайся лучше, если реально хочешь меня выбесить.

И отправилась к компании ждущих ее подружек, как и все вокруг, офигевши пялившихся на мою майку.

— Старайся лучше, если реально хочешь меня выбесить…

Ммм… Да ты даже не представляешь, насколько старательным я могу быть!

— Я тоже люблю сиськи!..

— Бро, ты крут!..

— А мои сиськи тебе нравятся?..

В школе мою майку предсказуемо приняли на ура. Самые оголтелые — типа Вальки (той еще оторвы) — даже были готовы прямо тут показать мне свои сиськи, приняв написанное за призыв к действию. И разумеется, я не препятствовал этому успеху, наоборот, ходил, красовался, все перемены торчал в людных местах. И само собой, раз за разом попадался на глаза той, которая предпочитала меня упорно игнорировать. И ничего! Не отчитали, не заставили переодеться — вообще ничего! Делая вид, что в упор меня не видит, зараза сверлила мозги ни в чем неповинным за чуток помятые блузки и расстегнутые пуговки, типа нарушавшие школьный дресс-код. А извращенный любитель сисек, эксгибиционист-одиночка, не стесняющийся заявить об этом всему миру, оставался неприкосновенно ненаказуемым! Ай-ай, Катерина, какой урок извлечет из этого школа?

Честно, под конец дня я даже почувствовал себя обделенным, видя, как наказанные счастливчики унылыми рядами плетутся в кабинет для наказаний, чтобы подумать часок-другой о своем поведении, и с завистью взирают на меня — внезапно ставшего неуязвимым.