Книга Мое карательное право, страница 90 – Мэри Блум

— Сдавайтесь, вы окружены! — разлетелся над парком усиленный громкоговорителем голос фельдмаршала.

Следом, разрывая мрак огнями фар, на территорию поместья въехали сотрудники Охранки и личная гвардия императора. Оставшиеся в живых нападавшие вместо того, чтобы бежать от них, рванули к ним, надеясь укрыться в руках правосудия от куда более страшных и беспощадных сил.

Камеры, установленные со стороны залива, показали, как, взбивая волны, катера понеслись прочь. За ними вскоре погнались уже другие катера, преследуя — сегодня никто не уйдет от расплаты. Мой взгляд скользнул на боковой монитор, где генерал Зарецкий и его сынок бежали сквозь поломанные кусты к ближайшему не перевернутом грузовику. Не успели они к нему приблизиться, как им наперерез выскочила испачканная кровью Крис. Генерал стремительно вскинул руку, собираясь ударить по ней магией. Она махнула острыми ногтями, и обе его руки повисли вдоль тела, как безжизненные плети.

— Нет! Не надо! — запричитал Глеб, когда к ним с мечом наперевес вышла и Вэл. — Не трогай меня!..

Он плюхнулся на колени и, сжавшись, упал лицом в землю — даже не пытаясь сражаться, дрожа, как бездомный щенок. И это — победитель турниров, лучший боец империи.

— Довольно, — мысленно приказал я.

В следующий миг обе мои окровавленные бестии исчезли с экрана монитора, чтобы появиться где-то в глубинах моих мозгов.

— Враги понесли кару, господин, — важно отчиталась Вэл в моей голове.

— Хорошо, что у хозяина их много… — промурлыкала Крис.

Всего через пару мгновений солдаты с автоматами — уже союзники, а не враги — окружили неспособного двинуть руками, словно парализованного, генерала и его сына и повели обоих к горящим огням примчавшихся на подмогу грузовиков и машин. Им навстречу в окружении охраны, других куда более верных генералов и фельдмаршала с мрачным видом вышел император Александр V, приехавший лично.

— Думаю, и нам пора, — довольно заявила бабушка.

Покинув подвал, мы вернулись в усадьбу. По всему этажу были выбиты стекла, пол завален осколками и каменной крошкой. Гостиную и часть комнат жадно пожирал огонь, который слуги резво бросились тушить. Дымящееся здание снаружи выглядело так, словно пережило жесточайший ураган, потеряв несколько башен, лишившись окон и пары стен, в которых теперь зияла черная пустота. Двор был полон осыпавшихся камней, обломков техники, отброшенного или потерянного оружия и еще не остывших трупов.

— Мой парк, — вздохнула бабушка, осматриваясь. — Как мне жаль мой парк…

Видимо, подумав, что этому парку уже ничего не повредит, император распорядился посреди него установить мобильную виселицу — чтобы решить проблему на месте, так сказать.

Оставшихся солдат, выступавших на стороне генерала, сковали наручниками и затолкали по машинам. Самого же Зарецкого и его бледного сынка, чья белобрысая челка была испачкана землей, подвели к виселице, на которой болтались две петли. Как иронично, вчера генералу вешали медаль на грудь, а сегодня набросят веревку на шею. Что это как не колесо фортуны? Еще никогда оно не крутилось так быстро. И правильно — нечего крутиться против меня.

— Зачем? — отчеканил император.

Зарецкий-старший медленно поднял на него глаза, умудрившись остаться невозмутимым — похоже, уже принял неизбежное и знал, что пощады не будет.