Книга Моя простая курортная жизнь 5, страница 27 – Мэри Блум

Раннее утро — настолько ранее, что даже жаворонки еще не встали. Общий сбор у летней кухни. Бутерброды через силу и куча кофе, чтобы не прилечь спросонья на еще мокрой от росы траве.

— Как это «вы не хотите в поход»? — подбадривала всех Катерина. — Вы разве не отдыхать приехали? Или не любите родную природу?

Когда же народ начал роптать, что любит родную природу не с рюкзаком за спиной, а с баночкой пива у речки, она, как и полагается любому настоящему диктатору, попросту это проигнорировала.

— Поход будет недолгим, — отрезала зараза и, подавая пример, двинулась в чащу. — А те, кто останутся, много потеряют.

Причем сказано было таким тоном, будто потеряют головы. В итоге все абсолютно добровольно отправились в поход, пытаясь проснуться на ходу. Императрица же, подобно Моисею, который не говорил, сколько идти, решительно повела всех в лес — все глубже и глубже. Трава становилась выше, деревья — толще. Из дупла выглянула белка, сочувствующе посмотрел на нас и быстренько нырнула обратно, чтобы и ее случайно не припрягли. Где-то через пару километров — когда недолгий поход по идее уже должен был закончиться — до всех стало доходить, что что-то тут не так.

— А сколько еще идти, Катерин? — осторожно поинтересовалась Амина.

— Экотропа всего двадцать семь километров, — отозвалась та.

Сколько-сколько?

— Взрослые люди могут это преодолеть с легкостью, — безапелляционно заявило наше величество.

— Это в обе стороны? — наивно уточнил я.

— Это до турбазы на скале, — пояснила Катерина. — Я вам обещала хороший отдых. Будет вам хороший отдых.

Прозвучало, правда, как-то зловеще.

— Может, хоть там будет пивкомобиль… — пробормотал кто-то, утешая себя.

И мы пошли — все-таки экотропа сама себя не пройдет. И шли, и шли, и шли… Солнце поднималось все выше, зелень становилась все гуще. Ветки немилосердно хлестали по рукам, оставляя на коже красные следы, камни сбивали ноги, достукиваясь до пальцев даже через плотные ботинки. То и дело с разных сторон раздавались болезненные вскрики — чаще девичьи, но порой стонали и парни. Народ явно был не приспособлен к таким походам. И лишь Катерина, не отвлекаясь ни на что, чесала вперед с рвением капитана, который ведет свой корабль сквозь бурю. Даже ветки, казалось, опасливо расступались перед ней, даже камни сами откатывались в сторону. Императрица была прирожденным лидером — в смысле, неуклонно шла вперед и вообще не спрашивала мнения тех, кто тащился за ней.

— Красивейшие места нашей области. Отвесные скалы, Изумрудное озеро, горная река, — мотивировала шагающая впереди всех зараза. — Не доберешься никаким транспортом, только пешком…

А может, оно специально так природой и задумано, чтобы не добирались? Но нет, она любила природу, а значит, и остальным придется ее любить — хотят они этого или нет. Хотя до этого в походах я ни разу не был, что-то мне подсказывало, что обычно они проходят не так.

— Привал, — наконец еще пару километров спустя сжалилось ее величество.

Но поздно — к этому моменту все уже умерли.

Не ожидая многого, я раздвинул гущу ветвей и чуток офигел. За кустами и деревьями укромно пряталось небольшое озерцо. Иссиня-зеленая вода была какого-то неземного оттенка. С другой стороны возвышались аккуратные скалы мраморного цвета с темным гротом, вход в который украшали обильно стекающие сверху струи воды. Все это больше напоминало обои с рабочего стола, чем реальный пейзаж.