Книга Моя простая курортная жизнь 4, страница 16 – Мэри Блум

— Но я правда не помню. Что ты от меня хочешь?

— А ты поднапрягись да вспомни, — с нажимом посоветовала Полина, — что было, когда ты пришел поздно и пьяный!

А что было-то? Она мне что-то выговорила, я ей нагрубил? Реально не помню. В поисках ответа я скользнул глазами по сторонам и кое-что вспомнил — как зашел в дом, задел вазу в углу и сбил ее на пол. Хотя ночью мне казалось, что шел я четко, ровно и уверенно — это ж какой траекторией надо было брести.

— Ну вазу разбил. Бывает. Новую куплю.

— Вазу… — половник, по ощущениям, целился мне в голову. — А что в моей комнате было не помнишь?

— В твоей комнате?

А что я вообще делал в твоей комнате? Перед глазами вдруг всплыли полумрак, белеющая в нем кровать с одинокой красоткой, тонкая маечка на пышной груди, короткие шортики на сочных бедрах — и офигевшие глаза Полины, когда я пьяно полез к ней.

— Рома! — воскликнула она.

— Тссс, — я приложил ей палец к губам, — мужик пришел!

А дальше одна моя рука схватилась за ее сиськи, а другая…

Блин.

— Что, начал вспоминать? — проворчала моя управляющая, сурово сложив руки на груди.

К слову говоря, эти буфера я вчера неплохо пожамкал и поверх пижамы, и под ней. Но это цветочки по сравнению с тем, что творила другая моя пятерня в ее шортиках. По обрывкам воспоминаний я был близок к тому, чтобы засунуть ей что-то и в киску — по крайней мере, палец. Однако тут Полина оправилась от шока. А затем я узнал, что она может быть не только доброй мамочкой, но и натуральной фурией — когда эта с виду мягкая красотка, зарычав, сбросила меня с постели и треснула сверху подушкой.

— Пошел отсюда! — приговаривала она, продолжая усердно колотить меня по голове, плечам и особенно рукам. — Пошел, Рома! — пух летел во все стороны, окрашивая воздух. — Пошел, пока вообще не убила!..

Какое счастье, что я ничего из этого не помню.

— Еще ж так профессионально полез, — пробурчала моя управляющая, — сразу зная куда. Совсем испортился! Подружки тебя твои научили, да?.. Хорошо, я взрослая, — и с какой даже гордостью добавила: — Хватило ума тебя остановить!

А может, не всегда надо быть такой умной?

— И что говорил при этом не помнишь, да? — Полина строго стрельнула в меня глазами и отвернулась к плите.

— А я еще и что-то говорил?

И тут же в голове услужливо мелькнуло:

— У меня никогда еще не было с такими сиськами… Вечно трахаешься с кем попало, а я так тебя, дурочку, отлюблю, что вообще не пожалеешь…

Да блин… Что за позор? Аж захотелось сгореть на месте.

— Можно мы не будем это вспоминать?

— Имей в виду, — махнул в мою сторону половник, — еще раз такое повторится, и буду кодировать тебя от зависимости!

Само собой, никакого снисхождения ко мне в этот день не было. После завтрака, чувствуя, как еще сильнее затрещала голова, я попытался улизнуть к себе в комнату и отоспаться, однако суровая красотка раскусила мой хитрый план и под угрозой сдачи родителям отправила в школу.

— И пусть это будет тебе уроком, — назидательно изрекла она, выпроваживая меня из дома. — Нажираться так можно только перед выходными… — затем на секунду осеклась, словно вспомнив, с кем говорит. — И когда закончишь школу. Так что иди в школу!

— Да, мамочка, — хмыкнул я, потирая гудящие виски.

Что-то легко прилетело мне по затылку.