Книга Моя простая курортная жизнь 2, страница 27 – Мэри Блум

Словом, Валентина была плохой девочкой во всех смыслах, и если мое появление в этом классе еще вызывало вопросы, то ее присутствие казалось абсолютно естественным — она будто была создана для кабинета наказаний.

— Да после твоих первых ста раз уже и спрашивать смысла нет, за что ты здесь, — усмехнулась Геля. — Да и вряд ли ответы могут хоть кого-то удивить.

Закончив беседу, моя любимая учительница уткнулась в свой смартфон, всем видом показывая, что заниматься в этом кабинете можно чем угодно, а ей плевать. Часть узников последовала ее примеру, однако большинство предпочло живое общение — дружно обсуждая одну и ту же уже изрядно поднадоевшую за день тему. Но, в конце концов, у всех была только одна причина пребывать тут — и звали ее Императрица. Правда, здесь ее звали и покороче: сука. Геля в эти моменты еле заметно ухмылялась и замечаний никому не делала. Вообще, в нашей школе все учителя обожали Катерину, кроме нее. Могу только догадываться о причинах такой нелюбви.

Ну а вторым по популярности словом было «Мишель». От него, казалось, тут нигде не спрячешься — это имя было вырезано даже посреди парты, где сидел я, причем очень крупно вырезано, чтобы уж наверняка никто не пропустил. А снизу кто-то еще и пририсовал к нему здоровенный елдак — видимо, делали ребус, чтобы каждый мог разгадать, что Мишель — тот еще хер. Самое то для примитивной напартовой живописи.

Влада, сидевшая рядом и делавшая вид, что меня не существует, усердно колотила пальцами по экрану смартфона. И с кем она так бодро переписывается? Фанаты, продюсеры, сталкеры?.. Чего все вокруг такие популярные? Об одних говорят, хотя их здесь даже нет, другим беспрерывно пишут. Геля вон не выныривала из телефона, да и Валентина, болтавшая у окна с подружками, то и дело лениво подхватывала вибрировавший на парте гаджет, что-то просматривала и снова откладывала его в сторону. Неужели и правда полсотни дикпиков за день? Мне бы кто хоть одни сиськи прислал — можно даже в белье. Словно отвечая на запрос, в кармане вдруг задергался смартфон. О, и мне что-то упало.

Влада: «А что, у Императрицы с ним что-то было, что ли? Не поняла.»

Серьезно? То есть все это время ты напрягалась, чтобы написать сидящему рядом мне? Ну тогда бы начала с извинений за испорченную на Хэллоуине рубашку — и желательно бы вслух. Я повернул голову к своей текущей соседке по парте, которая продолжала пялиться в экран, демонстративно игнорируя мое существование — но при этом ожидая моего ответа.

— Обо мне спроси, — тихо сказал я, — может, что и отвечу. А про других я не говорю.

— А про тебя-то зачем спрашивать? — еле слышно буркнула она, не отрываясь от смартфона. — Прославишься, может, и спрошу.

— Уже бегу прославляться.

— Каким был, таким и остался! — ее взгляд косо мазнул по мне.

Где был — в первом классе? Насколько помню, после ты меня знать не хотела. А ведь после того, как по настоянию папаши Даны нас с ней отсадили друг от друга, меня посадили к Владе — так наша троица и подружилась. К слову говоря, с этой звездой мы просидели вместе целый год, и таких приколов тогда не было. Определенно, некоторым людям взросление не идет на пользу.

Поджав губы, Влада отвернулась от меня и снова зарылась в свой смартфон, а я вдруг вспомнил, что Даша просила позвать ее спеть на дне рождения. Однако момент для просьб был явно не подходящим.