Книга Моя простая курортная жизнь 2, страница 19 – Мэри Блум

— Она играет! — Инна мгновенно оживилась. — А я ведь предлагала! Оценила мою идею!..

Музыка, казалось, забивала собой каждый уголок пространства, вибрируя в воздухе, как порванная струна — дрожащая, агрессивная, очень страстная и даже в чем-то торжествующая. Она причудливым образом совмещала нечто строгое, как виолончель, с чем-то безудержным, как тяжелый рок. Две крайности, которые, объединившись, могли свести с ума — да что там, они могли добраться даже до сердца. Сжимая губы, Катерина одновременно сосредоточенно и отрешенно смотрела прямо перед собой — не на своих гостей, а словно в пустоту — словно в этот миг была не здесь и не с нами. Однако все вокруг как зачарованные глядели только на нее.

По-честному, она была далеко не самой красивой девушкой в этой комнате. Уступала кукольному личику Марианки, не дотягивала до спортивной задницы Инны и роскошных Дашиных буферов. Но когда играла, она казалась охренительно красивой — несравненной, превосходящей всех, и глаз от нее невозможно было оторвать. Признаться, я не очень любил, когда она играла.

— Круто, да? Правда, круто же? — восторженно зашептала рядом Инна. — Круто она для всех играет!

Все-таки как же плохо ты знаешь свою подругу. Она играет не для всех. В лучшем случае для самой себя. Ее кузен, стоявший неподалеку, все это время, наводя на нее камеру смартфона, делал запись. И что это такое? Обмен видеопосланиями?

Последние звуки рвано сорвались со струн, и в гостиной на один короткий миг повисла тишина, а затем все восхищенно зааплодировали. Это было то самое зрелище, про которое потом можно хвастаться друзьям — они будто все немного приблизились к жизни той, которая вообще мало кому позволяла к себе приблизиться. Катерина коротко кивнула, словно вернувшись под аплодисменты в реальность, и поднялась со стула. Ее Принц сразу же подхватил виолончель и понес в другую комнату — с той же легкостью в другой руке он мог унести и именинницу.

— Фух, — выдохнула рядом Инна, — праздник удался, она довольна! Это вообще лучший из всех ее дней рождений, что я делала!

Следом ее наушник загудел уже знакомым «бу-бу-бу».

— Да-да, дальше по плану, — приложив ладонь к уху, бросила капитанша. — Давай обратно Владу!

И на сцену снова вылезла наша спесивая звездочка — отрабатывать свое право пребывать тут. Диджей поставил музыку, и вместо струнного тяжелого рока по гостиной опять разлилась легкая попса, как бы приглашая народ взбодриться, обняться и покружиться. Верно считав посыл, вокруг начали стихийно складываться парочки. Стоявшая рядом Инна скользнула задумчивым взглядом по моей ушибленной ноге.

— Ну как, сильно болит?

— Все нормально, — заверил я.

— Точно нормально?

Не дожидаясь ответа, она чуть наклонилась и деловито пощупала мое бедро.

— Не, ты смотри, а то у нас вывихи в команде регулярно случаются. Сначала нормально, а потом вдруг ходить не сможешь. Здесь больно?.. А здесь?..

Пальцы, чье тепло я чувствовал даже через ткань брюк, то тут, то там сжимали мою ногу. Заботливая собеседница явно искала, куда бы еще приложить свои руки, и мое бедро здесь оказалось весьма кстати. А руки у нее были уверенные, напористые, спортивные — и мне было приятно, как она меня ими трогает. Оставалось только гадать, какой хенджоб можно сделать этими руками. Может, сказать ей, что я на самом деле не ногу отбил, а задницу? Может, она и ее пощупает?