Книга Час гончей, страница 88 – Мэри Блум

— Я бы пожелал, господа, — полицейский лично распахнул перед нами дверь, — с вами снова не встречаться, но я уже понял, что это невозможно. Главный вопрос: что вы разнесете в следующий раз? Ума не приложу. Удивите меня…

На этом его стендап наконец завершился, и мы вышли в темноту столицы. Однако стоило пройти всего пару шагов, как нас окликнул знакомый голос из стоявшего неподалеку светлого внедорожника.

— Господа, — ступил следом на тротуар барон Ольховский, — добрый вечер!

Немного удивившись столь поздней встрече, мы подошли к нему. Садомира я не видел довольно давно — с тех пор как на следующий день после Гончей завез ему его чудесный поисковой шарик и поблагодарил.

— Ну что вы, — сказал он тогда, — я всегда готов помочь сыну моего друга. Вы же знаете, Константин, я на вашей стороне.

С тех пор, насколько мне известно, барон был в своем загородном имении и даже прислал нам оттуда корзинку с дичью, озадачив Улю вопросом, как готовить лося.

— Надеюсь, вы в порядке? — отцовский приятель участливо оглядел нашу чуток побелевшую одежду.

— Откуда вы узнали? — спросил я.

— У меня везде есть уши. Еще со времен Ночных охотников… Может, вас подвезти? — добавил он.

— У нас там машина, — Глеб махнул в сторону Летнего сада, у которого сейчас и без нас было довольно много машин.

Любители потереться о статуи, казалось, подняли на ноги полстолицы: и полицию, и Синод. У меня много критиков и много недоброжелателей, много, кто мной недоволен, но далеко не каждому хватит смелости на такую тупую выходку. А тупость опасна — смертельно опасна. Особенно если эти тупицы следом полезут в мой дом к моим женщинам и моим друзьям. Да, окна теперь защищены — но что если какая-нибудь дрянь посыпется через трубу?

Я повернулся к Садомиру.

— Вы же здесь, наверное, не только для того, чтобы узнать, как у нас дела?

— Верно, — кивнула бывшая ищейка Ночных охотников, — у меня есть предположение, на кого вам стоит обратить внимание в первую очередь. Пара имен, которые вас наверняка заинтересуют…

Следом он назвал два имени, ни одно из которых я не знал. Однако затем к именам приложились и лица, выловленные в сети — и вот так обоих господ я уже отлично идентифицировал. Одного Харон недавно покатал по моему газону, и ему хватило сил лишь на мизинчик аномалии; с другим мы пересеклись после аукциона в Синьории, где он оценил мягкость бетонного пола и твердость наших кулаков. И вот теперь оба, похоже, захотели отыграться. Что они правда думали, что отправить меня на тот свет будет легче, чем их?

«И что будем делать?» — спросил Глеб, вспомнивший господ вместе со мной.

«Пожелаем им спокойной ночи.»

Темнота обволокла весь город за окном, а на кухне было светло. Граненые стенки двух стеклянных рюмок ярко поблескивали. То и дело двое мужчин пополняли их содержимое из стоявшей на столе бутылки. Вообще, на этот вечер они приготовили шампанское, но приходилось утешаться напитком погорше.

— Выжил щенок, — буркнул один, потирая так некстати занывший бок, словно одна мысль об этом мессире причиняла боль.

— Теперь надо точно добивать, — буркнул другой, отрезая ломтик мяса длинным кухонным ножом. — Если Павловский узнает…

Поморщившись, первый опрокинул в себя целую рюмку. Если узнает… Даже думать об этом не хотелось! Вот он и старался все эти мысли залить.