Книга Гарем для чайников, страница 152 – Мэри Блум

Окинув меня пристальным взглядом, от которого по телу пошла невольная дрожь, он отвернулся к столу.

— Начинайте.

Либра чинно кивнул. Меня одного смущало, что у этого беспристрастного равновесия все-таки был хозяин?

— После всего, что он сделал, — даже не глядя в мою сторону, первой заговорила Ангел Добра, — он заслуживает смерти.

Очень по-доброму.

— И за что? — поинтересовалась с другой сторона стола Би.

— Он совратил ангела, — произнес Ангел Раскаяния обвиняющим тоном, словно говорящим, что тут нечего даже спорить.

— Ну и? — лениво протянул Сэл. — Ангел, я смотрю, не жалуется.

Джи у окна еще ниже опустила голову и еще крепче прижала колени к груди.

— И вообще, — добавил Сэл, — всем советую попробовать. Очень, знаете ли, освежает…

С одного из кресел у стены донесся смешок, в другом — царило молчание.

— Постыдился бы, — сухо заметил Ангел Раскаяния.

— К тому же, — продолжила Би, — насколько я знаю, совращение не карается смертью. Или поменяли правила?

— Все так, — бесстрастно подтвердил Либра.

Эти переговоры больше напоминали судилище, где участь обвиняемого решалась без его участия. Мне не давали слова и даже не смотрели в мою сторону — и вообще, могли бы обойтись и без меня, вынеся приговор заочно. Косилась на меня только Джи — не то испуганно, не то растерянно, не то сердито — казалось, она и сама не могла понять.

— Вот только, — с мерзкой улыбочкой произнесла Ангел Добра, — применять адские творения против ангелов карается смертью…

В этот момент все наконец повернулись в мою сторону и уставились на сверкающее чернотой кольцо на моем пальце. Миг — и в тишине комнаты раздался смех с той стороны стола, где сидели мои защитники. Би просто хмыкнула, потом что она знала, а Сэл откровенно расхохотался, догадавшись раньше других. Логично, что он первый понял разницу.

— Оно не настоящее, — сказал я и, сняв кольцо, положил на стол.

Копия переливалась серебром, внешне ничем не отличимая от оригинала — а внутри обычная пустышка. Либра молча прикоснулся к кольцу, и оно рассыпалось на крохотные пылинки, которые затем бесследно рассеялись в воздухе.

— Подделка, — подтвердил он. — Безупречная в своей идеальности.

Кресло у окна нервно скрипнуло.

— Но как же… — изумленно пробормотала Джи. — Но кольцо же сработало…

— Это не кольцо сработало, — я повернулся к ней. — Это ты сама меня захотела. И сама себе разрешила поддаться собственным желаниям.

— Но ты обманул! — она вцепилась в бархатную обивку так, что та затрещала.

— Раскрепостил, — возразил я. — А все, что я тебе там сказал, полная правда.

— Но… — растерянно начала Джи.

— Будь добра, — Ангел Добра зловеще сузила глаза, — замолчи!

Джи прикусила губу и снова уткнулась глазами в пол, пытаясь все это осмыслить. Ну что поделать, я снова поимел рай — причем их же методами. Не только ведь они умеют мыть мозги.

— Полагаю, — обобщил Сэл, — на этом инцидент исчерпан.

— Был бы, — произнес игрушечный голосок с другого конца стола, — если бы не это…

Из ниоткуда в изящных пальчиках Лики появился небольшой конверт, не тонкий и не толстый, менявший форму каждую секунду, словно и сам не мог определиться, что внутри. Точно такой же конверт, какой она дала мне в лагере и каким я воспользовался, чтобы извлечь правдоподобную копию кольца — потому что по-другому игрушку Сэла оказалось невозможно подделать. Ничто не могло повторить эту бездонную черноту.