Книга Парень нарасхват, страница 37 – Мэри Блум

— Я бы хотела, — тихо сказала она, — чтобы у меня был такой парень, как ты… Такой уверенный…

Теперь, казалось, она почесала за ушком меня — хвалят меня нечасто, и это реально приятно. Предложение стать ее парнем прозвучало не прямо и не очень смело — вполне в духе Милы — однако я его услышал. А почему бы и нет? Одна моя «постоянная» девушка недавно перестала быть таковой, так что место теперь вакантно. Саша явно не рвется его занять, а других претенденток нет. К тому же секс и правда был улетный, а Мила — будто оправдывая свое имя — очень милая, и видеть ее рядом как в одежде, так и без — настоящее удовольствие.

— Можем попробовать, — предложил я.

В ответ она радостно улыбнулась и прижалась ко мне губами, словно намекая, что готова на второй раунд прямо сейчас. Однако из зала вдруг донеслись какие-то громовые аплодисменты, заглушив раскатом все охи и ахи вокруг. Застыв, Мила сосредоточенно прислушалась — на мгновение мне даже показалось, что лисьи ушки на ее голове чутко задергались.

— Надо идти, — с легким волнением сказала она, — скоро объявят победителей…

Помахав мне рукой, Мила побежала к косплей-сцене, а я прислонился к стене, провожая глазами ее бедра. Шикарные, упругие, прекрасно подчеркнутые узкой юбочкой — в кабинке я не успел их толком рассмотреть и сейчас немного жалел об этом. В следующий раз возьму ее сзади, в позе, больше подходящей образу лисички — раз уж я теперь ее парень. В смартфоне был записан ее номер, и я точно знал, что завтра позвоню.

— Надо же, редкая счастливица, — раздался ироничный голос того, с кем мне нельзя говорить, но кто явно рвался пообщаться снова. — Здесь мало кому так повезло…

Остановившись рядом, Сэл ловким, почти неуловимым движением подцепил цепочку на моей шее и вытянул медальон, а затем, как и Би, взвесил его на ладони.

— Какая прелесть! — он ухмыльнулся. — Как я и думал…

Немного раздраженно я выхватил медальон, казалось, потерявший все тепло от его прикосновения, и оттянув воротник, затолкал позолоченную пластину обратно, едва не наколовшись пальцем на булавку Би. Сэл молнией отдернул руку и отступил на шаг назад, будто я внезапно стал прокаженным.

— И что это? — он показал на черную металлическую головку.

— Вам, наверное, лучше знать, что это, — я быстро поправил воротник, вновь пряча булавку.

— Я-то прекрасно знаю, — отрезал он. — Мне интересно, что она тебе сказала про это.

Его тон изменился, став немного удивленным и настороженным — и только поэтому я ответил.

— Это оберег, — немного мрачно произнес я.

Вероятно, от таких, как он — слишком уж резко он отдернул руку.

— А, так сказала… — губы Сэла снова изогнулись в усмешке. — Ну пусть будет оберег. Только имей в виду, снимешь этот оберег — сразу сдохнешь. Прямо на месте…

Булавка под воротником словно начала жечь и царапать кожу, хотя еще секунду назад я ее не чувствовал.

— Этого она, наверное, не сказала, — с сарказмом добавил он, наблюдая, как изменилось мое лицо. — Даже не думал, что она таким пользуется…

На мгновение во всем зале погас свет, будто внезапно отключили электричество, и тут же загорелся вновь. Однако за этот короткий миг атмосфера странно изменилась. В огромном помещении, полном людей, вдруг стало слишком тихо. Исчезли смех и голоса, аплодисменты и топот ног — лишь звучала музыка, которой больше никто не радовался. Даже фанатки не встречали визгом новую песню Марко. Все, кто только что отрывались, теперь замерли, как неподвижные статуи, словно позируя для снимка, хотя больше походило, что всех разом парализовало. Вскинутые в танце руки, застывшие в ходьбе ноги, вытянутые для поцелуев губы — едва ли им было удобно, но никто не менял положения. Повсюду были остекленевшие глаза и лица, похожие в свете зала на восковые маски.