Книга Секса будет много. Тома 1 и 2, страница 336 – Мэри Блум

— Ах-Ах… — скача на мне, Мила вдруг приоткрыла глаза. — Ты скоро? А то я уже устала…

Вместо ответа я покрепче стиснул пальцами ее бедра, опуская ее на себя еще быстрее, увеличивая темп. Первый наш сегодняшний раз, в отличие от этого, был гораздо стремительнее и красочнее. И второй тоже был не хуже, причем Мила меня опять смогла удивить.

Пока я еще отходил от первого выплеснутого в нее оргазма, она с непривычной грацией и скоростью перевернулась на живот, а затем, слегка приподнявшись на коленях, приглашающе выставила бедра и развернула их ко мне — намекая без слов, что еще можно сделать с моим подарком. Один презик полетел на пол, и его место тут же занял второй. Сопротивляться такому аппетитному зрелищу было просто невозможно, и, вновь войдя в нее, я вложил в процесс всю оставшуюся энергию и силы, наслаждаясь причудливой смесью стонов, шлепков и скрипов матраса.

А вот третий раз у нас явно не задался — словно ни один из нас не понимал, кому он вообще нужен. Зачем она, уже хорошенько оттраханная, которой обычно хватало и одного захода, опять полезла на меня, и зачем я, уже порядком уставший и опустошенный, ее вообще взял. Однако Мила так редко проявляла инициативу, что я не стал останавливать ее в этом внезапном порыве, думая, что она сможет меня удивить и в этот раз. Но ее энтузиазм закончился сразу, стоило ей только сесть на мой член.

Теперь, устав даже стонать, она просто усердно опускалась на мой пах раз за разом, ожидая момента, когда я наконец кончу и с меня можно будет слезть. Тишину разрывали только громкие шлепки, будто требуя от меня уже взять и разрядиться. Медальон на груди еле грел, еще больше мешая сосредоточиться на оргазме. Но останавливаться посреди процесса было как-то тупо. Пытаясь завестись, я переключил внимание на ее грудь, мягкую, спелую, соблазнительно подпрыгивающую прямо перед глазами. Лаская ее одной рукой, другой я настойчиво стискивал ее бедра, стараясь, чтобы количество возбуждающих стимулов было максимальным, окружив себя сексом как подушкой. И все равно это не особо помогало. Пульсации не спешили сжимать тело, продолжая эту пытку удовольствием для нас обоих.

Уже не зная, как взбодриться, я перевел глаза с ее колышущейся груди на алые пухлые губки, тяжело втягивающие и выпускающие воздух. Будь в ней хоть капля желания, я бы уже кончил — но тут была только усталость. Ища, от чего бы зажечься, взгляд пробежался по комнате, сам собой скользнул в дверной проем напротив кровати — и я охренел. В полутьме коридора, как призрак, впившись одной рукой в косяк, стоял женский силуэт — знакомый настолько, что я мог узнать ее и в полной темноте. Неподвижная мрачная Ася не мигая следила за каждым нашим движением с таким видом, словно пришла сюда убивать…

Под ее пристальным взглядом я заворочался, судорожно думая, что делать дальше — снимать Милу, выгонять Асю? Это был просто топ из всех возможных нелепых ситуаций, в которые только можно попасть. Как она вообще здесь оказалась? Я же закрыл дверь на эту гребаную лоджию! Может, это вообще глюк такой? Может, я с ума схожу?.. Почувствовав, что я активизировался — видимо, решив что уже на грани, — Мила задвигалась активнее и снова начала стонать.

— Ах!.. Ах!.. Ах!..

От этих стонов Асин взгляд стал еще злее. Наши глаза встретились, и в тот же миг на груди яростно полыхнул медальон — ревниво и требовательно, обжигая меня так, будто мне прижимали раскаленное железо к груди, клеймя коротким словом «мой!» и собираясь отпустить только, когда другая девчонка слезет с меня. Нагревшись, разогнавшись под этим огнем, кровь с размаху ударила туда, куда нужно. Ощущения обострились до предела. Под пылающим взглядом другой девушки ритмичные опускания Милы на меня воспринимались жарким запретным удовольствием, постыдным, даже извращенным, но при этом безумно сладким. По телу побежали первые мощные пульсации, заставляя невольно содрогаться.