Книга Секса будет много. Тома 1 и 2, страница 298 – Мэри Блум

Только пройдясь по аудитории, я наконец заметил Яну. Узнать ее было сложно: обычно живое, эмоциональное лицо со жгучими глазами, пылающими то страстью, то агрессией, сейчас казалось отстраненной апатичной маской. Как оцепеневшая, она сидела на подоконнике, уставившись себе под ноги. Даже когда я подошел к ней вплотную, она не шелохнулась.

Иллюстрация: https://telegra.ph/file/53aa9a45ac0a88925ca78.jpg

— Яна! — позвал я.

Словно распознав в наборе звуков свое имя, она медленно подняла голову. Ее глаза, пугающе стеклянные, застыли на мне. Я скорее видел в них свое отражение, чем что-то осмысленное. Даже тот инкуб не укатывал ее так сильно.

— Ты меня вообще помнишь? — спросил я.

Она продолжала молча смотреть — даже не на меня, а куда-то сквозь, будто вообще не уловила вопрос. Не дождавшись ответа, я пощелкал пальцами перед ее лицом.

— Ты там где? Это же я! Паша!

Мои щелчки все громче разносились по воздуху. Внезапно ее губы дрогнули, и брови сердито свелись, впервые выдав хоть что-то, похожее на эмоции.

— А это ты… — она словно очнулась. — Отвали, — и хмуро отвернулась.

Ну хоть так, помнит. Приема теплее я и не ожидал.

— Давай уйдем отсюда, — сказал я.

Снова уставившись в пол, Яна будто опять впала в ступор, застыв как механическая игрушка, у которой кончился завод. Вздохнув, я взял ее за талию, намереваясь спустить с подоконника. Она не дернулась, не возмутилась, даже не нахмурилась, позволяя делать с собой абсолютно все. Ну может, так даже и проще: уведу ее отсюда и дело с концом.

— А ну, стой! Де-евочек нельзя трогать рука-ами! — раздалось с порога.

Прежнее блеяние вернулось, став еще отчетливее, словно огромный козел вдруг научился говорить.

— Напридумывал тут! Бухга-алтер!.. Обокрасть меня хоте-ел!..

Не отвлекаясь, я осторожно потянул Яну на себя и спустил на пол. Она опять не возражала — даже не уверен, что заметила смену локации и собственного положения в пространстве. Прижав ее к себе покрепче, я пошел к двери, и она послушно побрела за мной. Такое ощущение, что в этом состоянии она могла бы пойти за кем угодно, куда бы ее ни повели.

— А ну поставь на ме-есто! — возмущенно проблеял сатир.

Будто я у него табуретку уношу.

— Это — моя! — максимально жестко бросил я.

Впившись в меня острыми глазками, он на миг растерялся. Собственно, на это я и рассчитывал: пока наступаю, пока противник не понимает, в чем дело, у меня приоритет. Чем я наглее, тем сильнее ему кажусь и тем больше шансов уйти отсюда невредимым. Главное — чтобы меня не раскрыли до того, как мы смоемся.

— Бывшая, что ли? — с легким удивлением протянул сатир. — Ну извини, — он с ухмылкой развел руками, — плохо удовлетворя-ял, вот и итог. Зато сейчас проблем у нее не-е-ет. Могу на курс скидку дать, научу как пра-авильно…

Ну что сказать: козел всегда останется козлом, и неважно, нечисть он или человек. Игнорируя, я продолжал вести Яну к двери, стараясь не ускоряться слишком заметно, но и не тормозя.

— Эй, не козли! — сорвавшись с места, он перегородил нам путь. — Она теперь моя де-евочка!

Следом в грудь прилетел резкий толчок. Дыхание на миг сперло — я даже не ожидал от него такой силы. От неожиданности руки разжались и выпустили Яну. Она мгновенно замерла на месте, как робот, ожидающий новой команды.