Книга Маг народа 1: Академия красных магов, страница 77 – Мэри Блум

На песке топталось множество парней, где одни, самые накачанные, били, а другие, куда более хлипкие на вид, уворачивались, не нанося ответных ударов, как боксерские груши на ножках, пришедшие сюда только, чтобы их поколотили. От некоторых особенно мощных кулаков они отчаянно вскрикивали, что мы и услышали, но не уходили и не защищались, позволяя и дальше осыпать себя тумаками. Все это окружала густая серо-фиолетовая дымка эмоций, причудливо смешивая самодовольство одних с покорностью других. В общем, одним ссыкотно, другим весело — но все здесь явно при деле, никто не возражал: ни те, кого били, ни уж тем более те, кто били. Такое чувство, что тут проходила тайная встреча садистов и мазохистов, где особо и некому помогать.

Между всеми ними по-хозяйски разгуливал парень, старшекурсник на вид — высокий, подтянутый брюнет, с жестким взглядом и такой же ямочкой на подбородке, как у выругавшегося сквозь зубы Генки и Стаса Голицына, который тоже топтался в этой толпе.

— Это ж Спарта… — пробормотал рядом друг.

— Чего? — не понял я.

— Потом! — лихорадочно выдохнул он. — А теперь давай быстро отсюда! Пока нас не заметили…

И развернулся, собираясь шмыгнуть за куст. В этот момент расхаживающий среди остальных парень, очевидно местный лидер, внезапно повернулся в нашу сторону и хмыкнул.

— Эй, — бросил он Генке в спину, — а чего не здороваешься?

Тот снова еле слышно выругался и очень нехотя повернулся.

— Здравствуй, — хмуро выдал он.

Прищурившись, хозяин этой полянки подошел к нам, пока остальные продолжали активно размахивать кулаками и не менее активно подставляться под них. Среди первых я вдруг заметил двух недавних метателей ножей из столовой, которые, поколачивая свои груши, недобро уставились на нас. Оба обвитые широкими коричневыми волнами неприязни, которую я могу засунуть им туда, куда пожелаю — и эти идиоты опять даже не поймут.

— Смотрю, освоился уже, — глядя на Генку, насмешливо протянул лидер всей этой шайки, — и друзей завел… — его глаза пытливо замерли на мне. — Менталист, значит…

А вот вокруг этого экземпляра эмоций что-то не вилось совсем.

— Хотите, можете присоединиться к нашей разминке, — показал он на площадку, где бодро летали кулаки. — Инвентарь для вас найдем, — его рука небрежно махнула на одного из уворачивающихся. — Не всем же повезло быть менталистами…

Есть люди, все чувства которых прям сами просятся наружу — достаточно лишь чуток на них посмотреть. Есть такие, в кого приходится вглядываться как в мутные воды, прежде чем доберешься до их сути. Однако у этого до сих пор не проявилось ни одной эмоции — они будто отсутствовали совсем, как тогда у директора академии в Сталинске. И смотрел он на меня с легким прищуром, с легким вызовом, словно показывал, что подготовился к этой встрече. Ну молодец, мне приятно знать, что ты меня боишься.

— Ну а сам-то кто? — бросил я, чем внезапно привел в шок и Генку, и всю остановившуюся «разминку».

— Дерзкий, — ухмыльнулся главарь этой банды. — Здесь таких не любят…

— А каких здесь любят? — я показал на их «груши». — Таких?

— Здесь любят полезных, — он снова ухмыльнулся. — От каждого по способностям и что-то там про труды… Ну, не мне тебе все эти лозунги объяснять, — его глаза с иронией скользнули по моим значкам.