Книга Медок и холодок, страница 17 – Анфиса Шторм

Тяжело дышит. Её дыхание тоже ещё рваное.

Тая. Ненавижу тебя.

Тимофей. Да мне похуй.

Тая. Насильник.

Скинул её с себя на соседнее сидение.

Тимофей. Давай, вали. У меня дела.

Тая надела пальто.

Тая. Ну ты и мудак!

Улыбнулся.

Тимофей. Обнимашек хочешь?

Потянулся к ней.

Тая. Не прикасайся ко мне! Никогда!

Разблокировал двери; она вышла, хлопнув дверью. И даже через стекло слышала его смех...

Ему, блять, смешно! А ей-то как теперь жить? В одном городе с ним...

А ещё у Тимура, оказывается, нету невесты...

Пошла в Интернет. И, правда... у него есть брат-близнец... Тёма...

* * *

Тимофей появился у универа.

Тая застыла; сцепились взглядами. И что ждать от него? Гнев? Изнасилование?

Он непредсказуем! И это пугает!

Ждала. Выжидала.

Он усмехнулся. Как будто мысли её читает!

Подошёл.

Улыбнулся. И улыбка... такая тёплая...

Тимофей. Привет.

Смотрит на него заворожённо. В его глазах и на лице... нежность? Он смотрит... как-то... по-другому...

Тая. Сколько тебе лет?

Тимофей. Двадцать три.

Всего пять лет разница... А он такой могущественный... и жестокий...

Тая. За что моя сестра должна тебе?

Тимофей. Была. Должна.

И она ведь никогда не задумывалась: что это у неё за долги, что она набирает их снова и снова, и их ведь дают! И ей приходится расплачиваться... Какой-то безконечно повторяемый цикл! Что за бред!

Тая. За что?

Тимофей. Поехали, пообедаем. И спросишь всё что хочешь?

Тая. А ты ответишь?

Улыбнулся.

Тимофей. Смотря какие будут вопросы.

И улыбнулся так... по-тёплому что ли. Он может быть другим? А он может удивлять не только в неприятную сторону...

Сели в машину, приехали в ресторан. Крутой, в центре.

Он сделал заказ за двоих — она вообще отказывалась делать заказ. Ну ещё бы. С ней всё через силу — приходится заставлять.

Пока несли заказ, оба уставились в телефоны. И посматривали друг на друга, но взглядами не пересекались.

Заказ принесли быстро — во время бизнес-ланча быстрое обслуживание.

Тая ковырялась в тарелке. Физически есть хотелось, но в душе такой раздрай... что еда не лезет.

Попивала чай мелкими глотками.

Тая. И что будет дальше? Между нами.

Выгнул брови.

Тимофей. А есть "мы"?

Тая. Надеюсь, что нет. Но ты же всё решаешь.

Одобрительно кивнул.

Тимофей. Хорошо, что ты это понимаешь. И принимаешь.

Сжала кружку.

Тая. Ничего я не принимаю.

Шипит. А ему — забавно!

Тая. Я Тимура люблю. А тебя никогда не полюблю. И всегда буду его представлять.

Тимофей. Ты ему нахуй не нужна.

Рычит в ответ.

Тимофей. Он тебя не искал. А я — нашёл.

Тая. Ты меня тоже не нашёл. Это... случайность. И я буду любить только его. А ты мне... противен. Тошнит. Ненавижу.

Сжал салфетку.

Тимофей. Тошнит... Ненавидишь... Да пошла ты! Освобождаю тебя. Хочешь прозябать в своей нищете — на здоровье! Скоро на трассе встанешь! И не смей приходить ко мне и просить о помощи!

Тая. Не дождёшься.

Он вскочил, бросил крупную купюру, и ушёл.

Тая спокойно доела, и ушла, не тронув деньги. Денег он оставил раза в три больше чека...

И Тимофей не обманул. Отстал!

И Тая жила обычной студенческой жизнью.

И даже согласилась поти вместе со всеми на выходных в ночной клуб.

Правда, одевалась она теперь... как пацанка. Джинсы, длинное худи оверсайз.

Все пили, а Тая попивала сок из стеклянной бутылочки.

Настроение не тусовочное. Но тухнуть дома — ещё хуже. Уж лучше тут...