Книга Два босса для матери-одиночки, страница 98 – Tommy Glub

И, откровенно говоря, она у него есть.

И даже есть сын.

В общем, чтобы не быть должной хотя бы за еду для себя и моих детей — я работала. А чтобы у Кира не выработался комплекс старшего брата, он сам мог выбрать когда мне помогать, а когда идти гулять. Но мой правильный ребёнок каждый вечер интересовался не против ли я, чтобы он пошёл гулять. Или какие у меня планы. Мой старший сын всегда уважал и меня, и, что немаловажно, самого себя. А потому был полноценным и вполне взрослым для своих лет.

Очень часто мы на выходных проводили время просто втроём. Сначала пока я была беременна, потом с Лёшкой в коляске.

В этот раз у меня не было поддержки в виде Ника. Но было много поддержки в виде трёх родственников и целой группы друзей, которые часто приезжали ко мне и разряжали одинаковые будни. Я бы хотела уехать с ними. Вернуться домой, в нашу с Киром и Лёшкой квартиру и…

Нет, жить как раньше точно не получится.

Потому я и остаюсь здесь. Чтобы мои дети были в безопасности, а я — поменьше думала о них.

Хотя… Это тоже сложно. И порой на утро подушка насквозь пропитана моими горькими и солёными слезами.

…- Настён, — зовёт из кабинета меня моя начальница под конец рабочего дня. Административный корпус пансиона был небольшой, но довольно уютный. Я за небольшую заработную плату помогала директору с документацией. Практически секретаршей работала.

Но это хоть что-то. Хоть какая-то копейка и ощущение того, что я всё же что-то стою.

— Ау? — я поднялась и заглянула в кабинет.

— Пройдёшься со мной по корпусам? — женщина улыбнулась, а я, как всегда, залипла на её яркие голубые глаза. — У меня так много папочек, а надо всё разнести. Новых отдыхающих и много новых людей, вообще. Нужно распихать и немного мой кабинет освободить.

— Конечно, — кивнула. — Ещё даже пяти нет, точно всё успеем, — улыбаюсь.

Мы, собрав действительно много документации, закрыли кабинеты и, выйдя на улицу, пошли по тихой территории к первому корпусу.

…- Как твой малыш?

— Ой, хорошо, — улыбнулась, когда мы уже выходили из третьего здания. Они тут все находились на приличном расстоянии и в лесу, а потому пока ходили из одного корпуса к другому — непринуждённо общались о жизни. Дышали свежим, хвойным воздухом, от чего иногда казалось, что рядом с носом мыло с ароматизатором, а не настоящий лес. Тут так хорошо, что порой я ловлю себя на мысли, что осталась бы тут жить навсегда.

Хоть и жизнь в городе тоже люблю всем сердцем.

— Уже крепенький? — интересуется Катерина,

— Да, уже маленький богатырь, — кивнула. — Хорошо кушает, набирает вес и радует маму спокойными ночами, — тепло думая о сыне, я расплылась в улыбке я. Он у меня родился восьмимесячным и потому примерно месяц был очень слабеньким. Но мы справились и с этим.

— Очень хорошо, — женщина тоже улыбнулась. Чтобы мы не ездили в ближайшие больницы, она поручила одному из бывших педиатров следить за нами. Сейчас та женщина была заведующей одного из корпусов, но у неё был огромный стаж работы с детками. И потому, следя за моими детьми и их здоровьем, она передавала все данные уже в больницу, где мы сейчас и числились. Без Катерины это было бы сложнее.

Как-то очень быстро и резко я стала тут словно своей. А любой человечек, так или иначе, хотел мне помочь. И я принимала её, то есть, помощь. Принимала, благодарила и максимально отзывалась в ответ, когда было нужно.