Книга Два босса для матери-одиночки, страница 44 – Tommy Glub

— Я — Настя, Алина, — произношу я категорично, чувствуя, что моего терпения хватит ненадолго. Я хочу выпить. Причём чего-то крепкого и залпом.

Осматриваю сестру, замечая, что она ещё больше прибавила в весе. Бесконтрольная трата денег на все, что она хочет привела к тому, что она и её дети с лишним весом. Это выбор каждого, я согласна. Но лицемерно всех судить по внешности, пока ты сама выглядишь словно сладенький кругленький пончик.

— Да ладно тебе, успокойся, — девушка отмахнулась. — Аня-Настя, — какая разница? Вы где остановились? На каком этаже?

— Мы с Ирой на шестом.

— Вот блин, а мне только пятый предложили… Ладно, я сейчас оставлю малых и спущусь к вам в ресторан, — Алина целует меня в щёчку, словно не она мне два дня мозг выносила и спамила во все мессенджеры и идёт вместе с детьми и няней — тихой, скромной девушкой — к лифтам.

— Не кривись так сильно, детка, тебе это не идёт, — говорит Матвей, когда Алина, дети и няня вошли в лифт.

— Только вчера этот человек вместе с матерью называл моего сына ублюдком, — шиплю я. — Потому, я в праве её ненавидеть.

— Это ты так шутишь? — опешил Матвей. Я поворачиваюсь к нему и вскидываю голову, смотрю прямо в его голубые глаза.

— Увы. Я не умею шутить так жёстко. О чём бы вы не говорили сейчас, Алина уже не та хорошая и переживательная сестренка. Она настоящая стерва, ничего не сделавшая ради своих детей.

— Мы только встретились, ни о чем не успели поговорить. Да и не в моих планах действовать у тебя за спиной и через сторонних людей, — Матвей касается тыльной стороной ладони моей щеки и улыбается. — Если я и стану действовать, то ты будешь чувствовать и видеть это.

— Как сейчас Дима? — о, я не забыла, что он стоит прямо за мной. И у меня всё ещё подрагивают ноги от того, что произошло в лифте.

— И что же он сделал? — Матвей перевёл взгляд на друга.

— Можешь у него спросить.

— М, — усмехнулся рыжий, возвращая внимание ко мне и его улыбка тут же превращается в звериный оскал. Он переворачивает и опускает ладонь, прикусывает свою губу и дотрагивается большим пальцем моей нижней губы. А я чувствую, что скоро потечет по ногам, за неимением трусиков. — Я тоже хочу. Всё, что он делал с тобой в лифте.

— У меня нет шансов от вас избавиться?

— Ни одного, малышка, — чувствую, как Дима стал ближе и его дыхание около ушка обжигает кожу. Как я ещё не сгорела? — Тебе же нравится.

— Да, — не спорю. Тут бессмысленно спорить, потому что мы втроём сходим с ума от одной возможности снова оказаться в одной постели. Вижу, как они хотят того же, чего так сильно жажду я. И у меня только одна причина отказаться. Была. Рядом.

Сейчас же эта сладкая, маленькая и любимая причина спит и я могу… Могу немного поддаться соблазну.

— Если это не навредит Киру… — добавила я. — Или моей карьере.

— Никогда не навредим вам обоим, малышка, — Дима шепчет опять. А я таю, потому что это говорит отец моего сына. В животе скручивается всё от волнения и желания, я прерывисто выдыхаю и сглатываю голодную слюну.

— Шампанского с клубникой? — рыжий хитрый Лис словно чувствует, что я поддаюсь все больше и больше их двойному напору. И уверенно ловит мою ладонь. Переплетает пальцы, сжимает и поглаживает ладошку большим пальцем.

— Раз уж Дима уже порвал мои трусики, то вы просто обязаны угостить меня, — прыгаю в этот круговорот. Иду за Матвеем. И он кидает на меня такой взгляд, словно уверяя: это был их план.