Книга Два в одном. Слишком много предательств, страница 341 – SecretKeeper

— А ну хватит! Ты что себе позволяешь!! — внезапно раздался гневный окрик со стороны ступеней, и повернув головы мы увидели ту, кого надеялись увидеть по прибытии самой первой, и кто мог и должен был с самого начала привести Токаторо в чувство.

Прямо на нас, вскинув голову и едва не метая молнии из глаз смотрела Китсу, и в ее глазах плескалось нечто такое, что я увидел впервые за всю историю нашего знакомства. И это что-то мне очень не понравилось.

Наверное каждый хотя бы один раз в жизни испытывал разочарование в ком-то, кому доверял больше всех. Минимум в половине случаев пережить последствия такого разочарования без потерь — не получалось. А в некоторых случаях ты до последнего не веришь, что человек, считавшийся надежным поступает по абсолютно нелогичному и непредсказуемому сценарию.

Увидев сереброволоску, на краткое мгновение я испытал облегчение, а Аки настолько искренне обрадовалась, что не теряя ни минуты приглушила окружавшие ее языки пламени и едва не сорвалась в ее сторону, и это при том, что прежде она старалась эти порывы сдерживать.

— Сестра! Во имя Хвостатой Богини, Токаторо-кун, он… ты должна его урезонить, он собирается…

— Замолчи! И не приближайся! — вдруг остудила ее Китсу и Аки застыла, словно наткнувшись на одну из пресловутых невидимых стен. — Ты какого демона здесь устроила?

Улыбка медленно сползла с губ рыжей вредины, сменившись недоумением.

— Китсу, я…

— Молчать! — отрезала она, переводя взгляд наверх, где все еще полыхала нестерпимым сиянием огромная раскаленная сфера. — Отзови силу! Сейчас же!

Аки послушно протянула руку, и шар начал стремительно уменьшаться и бледнеть, пока не упал ей в руку, уже будучи размером с яблоко, которое девушка сжала в руке, заставив погаснуть.

— Китсу…

— Как все это понимать? — снова перебила сереброволоска, требовательно нахмурившись. — С каких пор ты возомнила себя вершительницей судеб? Как ты смеешь бросать вызов нашим устоям и традициям, нарушать порядок, установленный веками? Кто дал тебе право поступать столь дерзко и безрассудно⁈ Может быть ты и мне бросишь вызов⁈

Аки сглотнула, ее взгляд стал каким-то обиженным и испуганным.

— Нет, конечно. Прости… Но, сестра, вспомни, ты же сама мне говорила… Мы ведь с тобой тогда решили покинуть Японию и Храм в Долине именно потому, что старые обычаи и предрассудки изжили себя. Твой отец, господин Сирогане, он…

— Отец… — Китсу вдруг осеклась, скривилась, словно проглотила лимон, и поправилась: — Отец ошибался. Не следует отвергать то, что было основой несколько тысячелетий. Не стоит рушить что-то, не создавая ничего взамен. И Сиро… отец больше не с нами, Аки. Придётся это принять и жить дальше.

Она устремила на сестру ледяной взгляд.

— А ты прямо сейчас покоришься и сдашься. Ты не окажешь сопротивления. Ты будешь наказана за свою дерзость, а Яромир вернётся под сень своего Императора. Мы больше не можем его защищать.

Я похолодел. В груди неприятно заныло, а сознание затопила горечь предательства. Уж от кого-кого, но от Китсу… Я просто отказывался верить. А где-то в глубине моего моря разума напряглась Малисса, одновременно наблюдая, как меняется выражение лица и сужаются глазки Аки.

— Что ты такое говоришь, сестра? — Аки отшатнулась, словно получила пощёчину. — Но как же… мы же с тобой договаривались… Ты ведь ему обещала!