Книга Зараза с Кавказа, страница 56 – Лия Седая

Нас ждут долгие годы.

Ей моих детей вынашивать и рожать. Ей их воспитывать в уважении к отцу. Как я могу все испоганить?!

— Не бойся, — выдохнул я, усаживая ее на себя.

Упал на кровать спиной, полностью перед ней раскрываясь.

Я не буду торопить. Я завяжу себя в узел. Не в первый раз с ней. И мне будет похер, даже если ничего не случится сейчас. Я буду терпеть. Я буду ждать ее.

Зараза краснела.

Не знала, куда девать взгляд. Натыкалась им на меня и сразу отводила. Но сидела упрямо, не делала никаких попыток убежать или сползти.

— Потрогай меня, — выдохнул я.

Непонимающий девичий взгляд я выдержал и улыбнулся в ответ:

— Давай. Где хочешь. Расстегни рубашку. Просто потрогай. Я обещаю к тебе не прикасаться.

Ее для начала нужно было просто приучить к себе.

Мы и так уже здорово продвинулись в этом вопросе с момента знакомства. Но нужно было еще. Малышка слишком зажата воспитанием и вообще.

Я стиснул челюсти и запрокинул голову.

Давай!

Я перед тобой наизнанку. Впервые так доверяюсь хоть кому-то. Пользуйся, сладкая моя.

Диляра пошевелилась.

Качнулась вперед. Тонкие пальчики тронули пуговицы на рубашке. Защекотали кожу волнением ткани. И я втянул воздух через нос почти со свистом.

Да, не. Я вытерплю.

Зуб даю.

Взвыть захотелось, как только она положила ладони мне на обнаженную грудь. Вдавила ноготки в кожу. Столкнула рубашку с плеч вниз. С усилием провела руками по всему животу до ремня на брюках.

Свела кончики пальцев возле пупка.

— Зараза, — выдохнул я. Повернул голову, видя ее шальную улыбку. — Хочу тебя!

Я перевернулся, подминая ее под себя.

Замер, утопая в темных зрачках миндалевидных глаз. И очнулся только от тихого:

— И я тебя хочу…

К черту одежду! Нахер нам это все?!

Отлетела моя рубашка. Потерялась где-то на полу. Следом ее футболка и бюстгальтер.

Я припал к стоящей груди ртом как изголодавшийся кот.

Сладкая, почему ты такая сладкая, моя зараза… Как никто. Царапаешь язык соском как твердой ягодой в самом охренительном варенье.

Голова просто отключалась.

Громкие стоны Диляры. Ее пальцы, сжимающиеся на моих плечах. И бедра, стискивающие мои ноги в импульсных, неконтролируемых поступательных движениях. Думать о чем-то просто было невозможно.

Хотелось только одного — взять ее.

Войти в жаркое нежное тело. Окончательно сделать только своей.

— Малыш, — я поймал ее затуманенный возбуждением взгляд. Взялся за пряжку ремня на брюках, выдирая его. — Я не сделаю больно. Доверяй, ладно?

Она медленно прикрыла веки.

Аккуратно и расслабленно приподняла бедра, позволяя стянуть с нее спортивные штаны и трусики. Попыталась обхватить себя руками, чтобы прикрыться рефлекторно, но я не дал.

Накрыл ее своим телом, согревая.

Не позволил прохладному воздуху дома заморозить нежную кожу моей девочки. Пухлые губы раскрылись в ответном поцелуе. Дали доступ к влажному языку.

И первый стон она выдохнула в меня.

Стоило только коснуться ее голеньких складочек, прижать к ним пальцы. Бархатные бедра толкнулись мне навстречу от заложенного в нас самой природой инстинкта. И застонать захотелось уже мне.

Моя малышка была мокрой.

Уже возбужденной до предела.

Текла по мне, желая продолжения. Раскрывалась, готовая к любви.

Я упал на бок, увлекая ее за собой. Так будет проще. И мне, и ей. У меня опыта с девственницами не дохера, но физика подсказывает.