Книга Странная Лиза, страница 118 – Анна Берсенева

— То есть я хотел спросить, Лиза, вы уверены, что ваше чувство не увянет через недельку-другую? – спросил Виктор.

Он смотрел на нее внимательно, и Лиза поежилась под его взглядом.

— Думаю, нет, – сказала она.

Ей казалось странным доказывать, что она любит Арсения больше жизни. Зачем?

— А тот юноша, в которого вы влюбились – чем он, кстати, занимается? – достаточно надежен, по-вашему?

— А почему вы так уверены, что я влюбилась именно в юношу? – вопросом на вопрос ответила Лиза.

Она успела выпить еще бокал, после которого смогла даже улыбнуться Викторовой проницательности.

— Да в кого же еще? – усмехнулся Виктор. – В кого же еще вы могли влюбиться, дорогая моя Лиза, как не в прекрасного юношу, похожего на принца из волшебной сказки?

Лизе на мгновение стало даже страшно.

«Все-таки, наверное, нелегко жить, обладая такой проницательностью», – подумала она.

— Д-да, он молодой вообще-то, – произнесла она. – Ему двадцать пять лет… Он врач, нейрохирург.

— Вы, значит, в Склифе с ним познакомились? – понял Виктор. – Что ж, тоже очень романтично. Эх, Лиза!..

— Что вы хотите сказать? – спросила она, подняв глаза и прямо взглянув на Виктора. – Что я виновата перед вами? Но ведь я…

— Конечно, вы передо мной ни сном, ни духом не виноваты, – перебил он ее тираду. – Обязательств вы мне не давали, в любви не признавались, в чем же вам передо мной каяться? Просто я надеялся…

— На что?

— Какая теперь разница? Напрасно надеялся, что же и говорить об этом? Хотя – почему бы и не сказать? Я надеялся, что стал вам дорог – такой, как есть, не созданный по образу и подобию романтического героя из ваших полудетских мечтаний!

Лиза почувствовала легкую растерянность. Да, она не могла понять, как Виктор относится к ней, она ломала голову над тем, зачем нужна ему, но ведь она и подумать не могла о том, в чем он признался сейчас!

— Значит, – тихо сказала она, – простите, Виктор, что я теперь об этом спрашиваю, – значит, и я была вам дорога? А мне казалось…

— Конечно, вы и представить себе этого не могли, – сказал Виктор полупечально-полусердито. – И очень, по-моему, удивлялись, что я не предъявляю к вам мужских требований – особенно тогда, на даче?

Лиза кивнула.

— Конечно, мне очень этого хотелось, что и говорить. Но мне не хотелось, чтобы вы пустили меня к себе в постель из неправильно понятой благодарности, поэтому я и не решился… Зря, конечно. Надо было решиться, может быть, сейчас все было бы по-другому. Вы ведь ждали, Лиза, что я буду вести себя, как положено влюбленному – стоять с гитарой и шпагой у вас под окном?

— Нет, я, конечно, не думала таких глупостей… Но…

— Но вам хотелось, чтобы я сходил с ума, звонил вам по три раза на дню, признавался в любви и падал на колени, – опять усмехнулся он. – А я всего этого не делал, и вы не понимали почему.

— В общем, почти что так, – согласилась Лиза. – А почему все-таки?

Она чувствовала, что выпитое вино придает ей смелости, и спешила спросить о том, о чем никогда не решилась бы иначе спросить.

— Да потому, что я уже старый, Лиза, просто старый, неужели вы не понимаете!

Лиза посмотрела на Виктора с недоумением.

— Вы – старый? Вы Колиным ровесником выглядите, если не моложе! А сравнить вас с тридцатилетним мужчиной из Новополоцка – так и вообще…