Книга Цвет греха: Алый, страница 37 – Александра Салиева

— Идём, ангел мой, – зовёт с собой.

Собираюсь сказать ему о том, что наша былая ссора может и подождать. Пусть сперва умоется, поест и отдохнёт, как следует, уже потом расскажет, в чём дело, а там, глядишь и до моих проблем очередь дойдёт, однако старший нашей семьи меня совсем не слушает. Решительно направляется в сторону кабинета. Количество охраны по периметру дома между тем становится ещё больше, помножившись на количество тех, кто прибывает вместе с ним.

— Ну, ладно, – вздыхаю, плетясь следом за папой.

Тот, расположившись за рабочим столом, в широком кресле, первым делом тянется к припрятанной в одном из ящиков бутылке коньяка. Глотает прямо из горла. Развязывает галстук, оставляя тот болтаться на шее, и расстёгивает верхние пуговицы рубашки, давая горлу свободу. Я останавливаюсь напротив него, наблюдая за происходящим и не тороплю, терпеливо жду дальнейшего. Он открывает ещё один ящик. Оттуда достаёт увесистый конверт, который бросает на стол.

— Я тебе соврал, – сопровождают действия его слова. – Моя возникшая накануне проблема оказалась куда серьёзнее, нежели я тебе сказал, – добавляет на моё молчаливое недоумение. – Такое, как обычно, не решить. Не получается. Не уверен, что вообще удастся, – признаётся с тяжёлым вздохом.

Подхожу ближе. Подбираю конверт и открываю, вытаскивая содержимое. Внутри… фотографии. Незнакомых мужчин. Холёный брюнет в строгом фраке на фоне оперного зала смотрит в кадр с видимым пренебрежением, словно безнадёжно устаёт от всего мира. Ещё один похож на пижона, этакого папенького сыночка – на какой-то светской вечеринке, припивает из фигуристого бокала, улыбаясь во все свои искусственно выбеленные тридцать два зуба. Третий обвешан таким количеством побрякушек, что любой рэпер позавидует. Сомневаюсь, что у меня самой, даже если выпотрошить все шкатулки, столько всего соберётся. Фотографий много. Как и количество запечатлённых на них персон. Ассортимент и содержание, что называется, самое обширное. Хотя не все так уж и незнакомые. Парочка всё-таки мне известна: братья – Алтан и Эмре Моро, мы с ними учились вместе. Сыновья владельца нескольких офшорных банков за границей. И это наталкивает на определённую мысль, пока я перебираю изображения дальше. Может, выглядят мужчины и по-разному, даже национальностей разных, но у всех есть одно безусловное сходство: деньги и финансовое благополучие. Удостоверяюсь в последнем, как только просмотр заканчиваю.

— А чего сразу не принц арабский или иорданский? – выгибаю бровь, глядя на отца с откровенной насмешкой.

Тот едва уловимо морщится и снова к ящику тянется. Через секунду передо мной появляется ещё несколько фото. Там мужчины постарше. Как раз того самого сословия, о котором я спрашиваю.

— Подумал, эти тебе точно не подходят, – угрюмо комментирует свои действия, а заодно и на мой вопрос отвечает.

Обречённо вздыхаю. Обхожу стол и останавливаюсь рядом с мужчиной, сложив руки на груди.

— И как моё потенциальное замужество связано с этой твоей неразрешимой проблемой? – начинаю с малого.

Прежде чем заговорить, отец вспоминает о коньяке. Отпивает опять из горла, и опять морщится.

— Ты можешь выбрать любого из них. Я всё организую в самые кратчайшие сроки, – делает вид, будто не слышит предыдущее, сказанное мной, тоскливо уставившись на оставленные мной фотографии. – Хорошенько обдумай. Но не затягивай. Я даю тебе время. До утра. Если захочешь узнать о ком-то из них подробнее, на обороте каждого фото есть полное имя и дата рождения – в сети про них полно всего, а если этого мало, только скажи, и я найду для тебя всё, что заинтересует.