Книга Цвет греха: Алый, страница 27 – Александра Салиева

— Лучше что-нибудь другое давай обсудим, – предлагаю торопливо. – Раз уж мы всё равно здесь… – ворчу себе под нос.

Чужие губы трогает небрежная ухмылка.

— Моя жизнь скучна и однообразна. Была. Пока в ней не появилась ты, – проговаривает с проскользнувшим сарказмом.

В разуме всплывает слоган знаменитой рекламы, очень схожий с тем, о чём он говорит, и я борюсь с собой, дабы не рассмеяться в ответ. К тому же, дальше совсем не смешно:

— И давно ты влюблена? – вдруг интересуется Кай. – Какой он, этот твой скоро-выйду-за-него-замуж? – склоняет голову и зачем-то пристально вглядывается в морской горизонт. – Только не говори, что он – тот самый, которого мы вчера оставили валяться на полу у бара…

Невольно морщусь. Сперва из-за упомянутого Джозефа. И в общем – тоже. Где-то здесь грань “слишком личного” вновь приближается, только в обратном направлении. Вовсе не обязательно её стирать или поддаваться. С другой стороны, сам мужчина на мой вопрос о татуировках отвечает честно, как бы то ни было, не упирается, так что вероятнее всего и мне стоит ответить ему тем же. К тому же, кому ещё я могу поплакаться о своей “горькой” судьбе, как не тому, кого вижу в своей жизни в последний раз? Неспроста же считается, что постороннему всегда легче душу изливать.

— Нет. Не он. Я своего жениха ещё не видела. Так отец решил.

Вот теперь он всё своё внимание снова на мне сосредотачивает. Смотрит до того тошнотворно изучающе, словно я не на обычном плетеном из ротанга стуле за пока ещё пустым столом сижу, как минимум – на полиграфе, а он за честность моих показаний радеет и отвечает.

— Договорной брак? – совсем не удивлён, да и не спрашивает.

Утверждает. Как данность.

— Средневековье покинуло в этом мире ещё не всех. Вот такое вот клише в моих венах, – развожу руками, пожимая плечом.

Продолжение разговора немного откладывается. К нам подходит официант. Он самозабвенно перечисляет все фирменные блюда, которые заведение готово подать, и советует попробовать новые коктейли, авторства местного бармена. Кай отказывается от всего, заказывает лишь воду и чашку двойного эспрессо без сахара. А пока я мучаюсь своим выбором, на фоне скупых пожеланий сидящего напротив, он и за меня решает. Десерт с шоколадом, апельсиновый фреш, и ещё одна порция воды.

— Вряд ли у них тут есть ещё что-либо съедобное. Я тут не в первый раз, – поясняет свой выбор для меня, как только официант покидает нас.

Молча киваю. Смысл спорить? Вот и молчу. А весь наш заказ оказывается перед нами в считанные минуты.

— Так что там с этим твоим скоро-выйду-за-него-замуж, которого ты ещё не видела? – возвращается к былому Кай.

— Ничего, – заново пожимаю плечами. – В самом деле не видела. Даже не имею ни малейшего понятия, как его зовут, если честно, – сознаюсь и в этом. – Но замуж выйду. Если, конечно, не сумею вовремя переубедить отца.

Тяжёлый взор, сканирующий меня всё это время, ощущается ещё более тёмным и тяжёлым, если такое вообще возможно.

— Ты не похожа на ту, кто покорно согласится с уготованной участью, что бы то ни служило причиной, – слегка прищуривается в подозрении мужчина. – Проблем с деньгами у вас нет, это я уже понял, иначе бы ты не бросалась столь широкими и затратными жестами, – припоминает конверт, который я оставляю на переднем пассажирском сиденье его машины, прежде чем мы оказываемся здесь. – Тогда почему? Выгодная сделка? Увеличение семейного капитала? Шантаж? Жадность? Безысходность? – выдвигает одну гипотезу за другой.