Книга Охота на жену, страница 134 – Юлия Гетта

От такого предположения делается ещё хуже. Хочется просто умереть.

— Да. Вот здесь, под этой коброй, у меня написано «Таня», — не отрывая взгляда от моих глаз, показывает Сергей, рисуя указательным пальцем очертания букв на своей шее.

У меня по коже бегут мурашки.

— Почему я не знала об этом? — Мышка смотрит на меня растерянными глазами, а я ловлю безжалостные флэшбеки из прошлого.

Перед глазами встаёт тот дерьмовый день, когда я прождал Таню в подъезде до утра. И увидел, как её привозит к дому на тачке какой-то козёл.

И вроде бы знаю теперь, как всё было тогда на самом деле. Что я сам, мудак, во всём виноват. Но от этого воспоминание менее паршивым не становится.

— Я не успел тебе рассказать, — произношу глухо, опуская подробности.

— Боже, это так романтично! — восклицает дочь жены Таниного отца. И я вспоминаю, что мы с Мышкой сидим за столом не одни. О чём на секунду забыл.

Меня почему-то с самого начала дико напрягает находиться в этом доме. Такое образцово-показательное семейство. Аж тошнит.

А больше всего раздражает глава этого семейства.

«Добро пожаловать в мой дом», блять…

Так и хотелось спросить — давно ли вы стали таким гостеприимным, Пётр Эдуардович? Я же продал вашу дочь, неужели вам память отшибло? Или то, что теперь у меня есть бабки, всё компенсирует? И что же вы, такой любящий и заботливый отец, столкнувшись с небольшим наездом, засухарились и отправили Таню разруливать? Какой же вы мужик после этого? Вы же, получается, чмо последнее!

Но ради Мышки я промолчал. Не хочется ничем её расстраивать. Я и так уже достаточно накосячил перед ней.

Таня вдруг, не стесняясь присутствия своих родственниц, перебирается со своего стула ко мне на колени. И крепко обнимает меня за шею.

— Ой, мне же горячее надо в духовку поставить! — спохватывается жена Таниного отца. — Аришка, пойдём-ка, помоги мне!

И вскоре нас с Мышкой оставляют наедине.

Мы целуемся. Я чувствую, как Танино лицо становится мокрым, а губы солёными. Невыносимо хочется съесть их, но вместо этого отстраняюсь.

— Ну ты чего? — Вытираю большими пальцами слёзы с её щёк.

— Прости, что-то накатило, — всхлипывает она, пытаясь улыбнуться. — Я так люблю тебя, ты даже не представляешь…

Прижимаю её к себе, зарываюсь пальцами в волосы, поглаживаю по голове.

— Хочешь, я снова набью твоё имя у себя на шее? Только с другой стороны, — предлагаю я, чтобы как-то утешить её.

Мышка смеётся сквозь слёзы, утыкаясь носом мне в грудь.

— Не надо, зачем, — шепчет она, нежно обвивая меня руками. — Я и так знаю, как сильно ты меня любишь. Доказательства не нужны. Просто я в шоке от того, что ты сделал это…

— Мне тогда и в голову не приходило, что мы с тобой можем расстаться. Был слишком самонадеянным. Казалось, море по колено, и ты никуда от меня не денешься ни при каком раскладе.

— Ну, в итоге ты оказался прав, — грустно улыбается Мышка, скользя пальчиком по моей татуировке, — я никуда от тебя не делась.

— Да… — провожу рукой по её спине. — Только теперь мне всегда будет страшно, что я снова могу тебя потерять.

— Не потеряешь, — мягко отвечает она. — Если только сам этого не захочешь.

— Сам я вряд ли захочу. А если ты меня разлюбишь?

— Я не разлюблю никогда.

Мы сидим и тихо разговариваем вдвоём ещё достаточно долго. Пока Мышка не решает отправиться на поиски своих родственников, чтобы узнать, куда они все подевались.